– Мы не лжем, – настояла она. – Даже нам, светлым, не дано знать, куда делся их эфирный материал.
– Ты лгунья, – обронил Сейджо.
– Умолкни, Зелвено. Старцы власти распоряжаются всем, что связано с пропавшими: как телами, так и душами. Неизвестная война связана с ними. Я верна Кампусу и Дону. Мои слова чисты.
Сейджо заметил, как у Дона поджались морщинистые губы, когда светлый жнец обмолвилась про старцев власти. Это было прямое откровение, пролившее свет на тьму неизвестности. Всем стало ясно: Неизвестная война – фикция и дело рук Высшего совета.
– Я снимаю все обвинения с Сейджо Зелвено и дарую ему одобрение на проживание в белом городе, – заявил Дон. – Но ближайший месяц он должен оставаться в заточении. Причины я объясню позже. – Он поднялся с трона, и его взгляд пал на главу клана Зелвено, который все еще пытался вырваться из рук смотрителей. – Зараженные стали угрозой Кампусу. Я, как создатель, обязан знать причины молчания темных жнецов. Я созываю совет с кланом Зелвено.
Собрание назначили на завтрашний день, и до этого момента Дон продолжал выполнять свои обыденные обязанности.
Он сидел за своим огромным столом и изучал рабочие бумаги, погрузившись в думы о последних событиях. У него уже возникали догадки об отсутствии душ эфилеанов Неизвестной войны в хранилище, но это была лишь одна из теорий, тем более маловероятная. А после подтверждения от жнецов все подозрения касаемо сражения и пропажи эфилеанов пали на Высший совет.
Все, что касалось высшей власти, окрашивалось кровью, потому Дон поддался тягостной печали от мысли, что самые страшные опасения все-таки сбылись.
В дверь постучали.
– Войдите.
В комнату зашел доносчик. На голубой форме была нашивка в виде черной стрелы – это был дежурный на посту смотровой башни.
– Создатель, новости с окраин. – Его голос слегка дрожал, а взгляд выражал опасение относительно того, о чем он собирался рассказать.
– Поисковая группа нашла элементалия огня?
– Нет, сэр, еще нет, – запинаясь, ответил дежурный и, немного помедлив, произнес: – Огенские поля. Дон, они снова горят.
Поля были сожжены двадцать лет назад. На выжженной земле не осталось ничего, что можно было поджечь. Дон сразу понял: пламя было создано не природой, а живым элементалием.
Факт возгорания говорил об одном: мертвые получили полный контроль над сосудом.
– Ночнорожденный информатор подполья Кайл покинул черту города с древним эфилеаном клана Нордан, – продолжил служитель. – Предположительно, они отправились за Элен.
Дон какое-то время осмысливал сказанное смотрителем. Наконец, выйдя из раздумий, он решительно произнес:
– Собирай группу из боевого отделения. В группе должно быть как минимум восемь эфилеанов воды, ночнорожденный телепат и чуткий барьер-сенсор… В путь отправится глава следопытов. После этого свяжитесь с Кайлом, он должен присоединиться к группе. – Старец понизил тон. – Это прямой приказ для информатора: вернуть эфилеана огня в Кампус. Живой.
– Есть.
Доносчик покинул кабинет, но тишина и одиночество старца длились недолго. За порогом послышались чьи-то шаги.
– Святые земли, кто там еще?
В дверь громко постучали. Дону была известна эта манера стука – за дверью ждал Мартин.
– Войди.
Сенсор распахнул дверь, но не зашел в кабинет, остался стоять на пороге. Мартин выглядел измученно: он снова похудел, и стройное мужское тело стало похоже на скелет.
Дон первый обратился к нему обыденным вопросом:
– Как проходят твои тренировки?
– Я выполнил все задания, – еле слышно произнес Мартин, рассматривая свои белые туфли.
– Последние этапы дались тяжело?
– Нет, вовсе нет. – Тонкие губы вздрогнули. – Просто… просто…
– Просто ты не хочешь признать, что последний этап все-таки был тяжелый.
– Нет! – вскрикнул Мартин.
– Тогда зачем ты пришел?
– Почему вы отправили главу следопытов на захват эфилеана огня? Я… просканировал доносчика, который только что покинул кабинет. Вы же знаете, как сложно обуздать огонь. А там сейчас, вероятно, уже стены огня! Я уже касался огня мертвых, вы должны отправить меня.
– Я послал следопыта не для поглощения пламени, а для связи. Он хорошо чувствует на большом расстоянии. Из всех барьерских тестов «чувствительность на дальних расстояниях» ты сдал хуже всего.
Мартин испытал едкое чувство стыда и скуксился, а Дон потер бороду. Он не рассчитывал, что Элен увидит в Мартине своего спасателя, а Мартин, в свою очередь, будет как раз его изображать: сам придет к эфилеану домой и останется на ночь. В Кампусе не было запрета на межвидовое спаривание, однако Дон не ожидал, что Мартин изъявит подобное желание по отношению к потомку огня.
– Хочешь еще что-нибудь мне сказать?
– Вы помните суд над жнецом Зелвено? Он сказал, что пропавшие Неизвестной войны еще живы.
– Да, но собрание со жнецами назначено только на завтра.
