Предатель в красном полностью

«Правда, не хотел? Как насчет Озела? Для него ты так и осталась незнакомкой. Депрессивный рыжий малый теперь расчлененный покоится в земле, так и не узнав правды. Только представь, что бы случилось, узнай он, кто ты».

«Он бы смог понять!»

«Смог? Отказаться от мести ради тебя? – Голос вновь наполнился смехом. – Вздор! Что насчет Фэй? Где гордость у потомка пламени?.. Понравился подарок от смотрителя?»

«У нее должны быть на то причины… Возможно, ее заставили».

«Вздор! Придумываешь им оправдания! Кто остался? Мертвая древняя душонка Кайл, который чуть не сломал твои руки. Дважды! И это после таких теплых слов: «Доверься мне». Помнишь животный страх, окутавший после?»

«Его спровоцировали, Топь вас, я в этом уверена! Информатор изменился не только из-за жажды, этому должна быть причина».

«И снова ищешь причины там, где их нет!»

«Шосс! Да закрой же свою пасть! Не хочу больше слышать!»

Но голос не замолкал:

«Был ли хоть кто-то, кто видел в тебе друга, товарища, любимую, а не потомка огня?»

После этих слов будто рука самой правды воткнула в меня нож, заставив прозреть. Ответ был очевиден.

Темная комната начала заполняться светом. Глаза приоткрылись, а в нос ударил запах Кампуса – мы снова находились в белом городе. Я лежала связанная на брусчатке около огромной белой лестницы главного входа в штаб Дона. Они бросили меня на всеобщее обозрение, пока зеваки собирались вокруг, понаблюдать за очередноым уличным «представлением».

Смотрители распахнули двери, из штаба вышел Дон. Он окинул тяжелым взглядом толпу и обратился к смотрителям:

– Почему подозреваемую не принесли в комнату допроса?

– Потому что мы хотим знать правду! – раздался голос из толпы, и его поддержали воинствующие возгласы. – Сожженное тело – это ее рук дело!

– Мы видели поверх белых стен черные клубы дыма, а теперь поджигателя притащили сюда! – последовал крик. – Вы хотите нас всех спалить?

– Святая Топь, изгнать ее! – кричали с другого края толпы.

– Мы видели сожженное тело! Убийца!

Терпение было на пределе, и, не сдержавшись, я закричала:

– Джелида! Да не сжигала я гниль!

Внутри снова встрял мертвый голос:

«Чертовски обидно, когда обвиняют в том, в чем ты не повинен… Скоро наступит наша очередь контроля. Если есть что сказать перед судом – это последний шанс. Мы заключили сделку. Сделай выбор: сутки подходят к концу».

«Я любила белый город, – так невинно прозвучал мой мысленный голос, что я изумилась. – Ощутить тепло, доверять. Я просила так много?»

«Вера в мечты – удел людей. Эфилеаны – не люди. Помни это и сделай выбор».

Раздался грозный голос Дона:

– Поднимите на ноги элементалия и развяжите.

Стража выполнила приказ.

Толпа была действительно огромных размеров: около сотни горожан. Но лиц, которые мне хотелось увидеть здесь и сейчас, нигде не было.

– Элен, можешь ли ты отвечать на вопросы? – уточнил Дон, вероятно, пытаясь понять, с кем будет говорить.

Из-за спины Дона выбежал напуганный Мартин. С острых плеч упал белый пиджак. Он пронесся до конца лестницы и, подлетев ко мне, затараторил:

– Элен, это ты? Слышишь меня? Сенсор Мартин. Понимаешь?

Яркий отголосок прошлого всплыл сам собой: как он, святой преемник Дона, с отвращением говорил барьеру жизни о ненависти к огню:

«…Она доверяет мне, все под контролем…»

– Элен, ты слышишь? – Мартин встряхнул меня. Слова застряли где-то в глотке, и тогда я обратилась к нему внутри себя:

«Зачем морочил мне голову? Подонок, чтобы получить «доверие» огня и вести игру «все под контролем»?»

– Метка, помнишь? – спешно добавил Мартин. – Ты говорила про нее. Метка сенсора. Это ведь эфилеан из колбы сказал тебе о ней?.. Нам нужно поговорить. Наедине.

Мартин тараторил какие-то несвязные вещи, но в мыслях его заглушал все тот же яркий отрывок:

«…Она доверяет мне, все под контролем…»

– Спасибо за безмолвную ночь, лечение и пытки в кабинете. – Я обошла его и направилась вверх по лестнице.

– Элен! – Мартин кричал мне в спину, пока я невозмутимо поднималась к входу в штаб.