— Я пошла за лордом Саймоном. — Голос Марион окреп, когда она подняла деревянную поперечину. — Приготовься.
— Хорошо, матушка.
После того как за матерью закрылась дверь, словно ледяные пальцы стиснули сердце Сесили. Она осознала всю огромность их обмана. Голова кружилась, она прижимала к себе теплого малыша, словно искала у него успокоения.
Что сделает с ними лорд Саймон, если узнает? Всем известно, что король к нему прислушивается, поэтому наказание будет суровым. Ее передернуло, она поспешила отогнать тревожные мысли.
На лестнице послышались голоса. Голос матери, высокий и напряженный, эхом отдавался от стен. Несмотря на показное бахвальство, Сесили различала в голосе матери испуганные нотки. Ей отвечал низкий мужской голос лорда Саймона. На лестнице слышался топот тяжелых сапог.
Несомненно, Саймона сопровождает целая свита; его подручные заботятся о том, чтобы ему не причинили никакого вреда. «О, Боже! — мысленно взмолилась Сесили, крепко прижимая к себе младенца. — Прошу, не позволяй им войти! Не впускай его…» Страх сковал ее, угрожая вырваться наружу.
Дверь распахнулась. Сесили под сорочкой вся покрылась испариной. Крепко прижав к себе младенца, она откинулась на подушку. Больше всего ей хотелось исчезнуть. Шурша юбками, в комнату вошла Марион и, глядя на лежащую в постели дочь, еле заметно присела, взглядом приказывая ей приготовиться. Потом она отошла в сторону и, вцепившись в дверную ручку костлявыми пальцами, поманила в комнату лорда Саймона.
Лорд Саймон был таким же высоким, как ее муж Питер. Темно-каштановые волосы, гладкие и блестящие, падали на лоб, изборожденный глубокими морщинами. Кожа туго обтягивала худое лицо, подчеркивая скулы и тонкие губы. Какое-то время он стоял на пороге, глядя на нее своими карими глазами. Лицо у него задергалось. Он перевел взгляд на ребенка. У него за спиной толпились его приспешники; всем хотелось хоть одним глазком заглянуть в комнату и увидеть ее. Однако лорд Саймон никого не пускал. Его высокая, костлявая фигура заполнила дверной проем.
— Будьте добры, оставьте ваших людей снаружи, в коридоре, — сказала Марион. — В такое время моей дочери необходимо уединение.
Лорд Саймон кивнул и, обернувшись, что-то приказал своим людям. Но дверь он, войдя, оставил приоткрытой. Сопровождает ли его тот мужчина, который ее поцеловал? Сесили опустила голову и посмотрела на спящего младенца.
Шелковистая завеса ее волос упала вперед.
— Благодарю, миледи, за то, что согласились принять меня… вот так. Так скоро после… — Голос у Саймона сел, и он замолчал. Похоже, он вспомнил, что ворвался в замок раньше условленного времени.
Атмосфера стала напряженной, замешательство Саймона росло. Наверное, нечасто ему доводилось видеть такие сцены; возможно, он сам не знал, что делать дальше. И как вести себя с вдовой покойного брата.
— Входите, входите же, — пригласила Марион, хватая лорда Саймона за плечо и ведя его к кровати. — Давайте обойдемся без церемоний. Посмотрите на младенца! Он очень похож на вашего брата, просто одно лицо. Думаю, вы со мной согласитесь.
Сердце у Сесили ушло в пятки. В радостном голосе матери звучали фальшивые нотки. Саймон наверняка что-то заподозрит! Ребенок совсем не похож на Питера; более того, ему всего несколько часов от роду, и его сморщенное личико пока вообще не похоже ни на кого из родных. Марион переигрывает… Она слишком широко и наигранно улыбается, и глаза у нее преувеличенно сияют.
Лорд Саймон слишком поспешил и, не рассчитав, ударился коленом о раму кровати. Смутившись, он отступил. Его впалое лицо порозовело. Он склонился над кроватью и стал всматриваться в личико младенца, закутанного в белое шерстяное одеяло. Сесили уловила идущий от Саймона слабый запах конюшни.
— Очень… мило, — пробормотал он и, поспешно сделав шаг назад, хлопнул в ладоши. — Мальчик, если я верно понял вашу служанку?
— Да, у нас мальчик, — торжествующим тоном объявила Марион. — Поэтому… это означает… — она не договорила, как будто из деликатности.
— Я прекрасно понимаю, что это означает, леди Марион! — сухо ответил лорд Саймон. — И, как вы понимаете, мне это не по душе. Но перед лицом закона я ничего не могу поделать. — Он торжественно посмотрел на Сесили, лежащую в постели, и покосился на приоткрытую дверь. — Входи! — пригласил он кого-то, стоящего в коридоре. — Взгляни на младенца.
— Но мне кажется, что… — Марион обеспокоенно посмотрела на дверь, потом взглянула в испуганное лицо Сесили.
Лорд Саймон поспешил ее успокоить:
— Леди Марион, я зову своего друга, а не кого-то из моих слуг. Он отнесется к вам со всем почтением.
Еще до того, как незнакомец вошел в комнату, Сесили поняла: это он. Высокий здоровяк с широкими, мускулистыми плечами. Спаситель, который вытащил ее из реки. Тот, кто… целовал ее в темной кладовой… после чего ее губы желают продолжения.
Все остальные, ее мать, лорд Саймон, слились в одно пятно и куда-то исчезли. Их взгляды встретились. В его синих глазах горели недоверие и осуждение. Уголки его губ дернулись.
У нее перехватило дыхание, краска отхлынула от лица.
