А вот и долгожданное зрелище. Церемониймейстер объявил следующий танец и было дернувшийся в сторону Верены барон запнулся на полушаге, когда увидел, как девушка, которую он уже считал своей собственностью, под звуки оркестра закружилась в быстром танце с сыном короля.
— Браво, девочка, — прошептала одними губами герцогиня, а потом, перехватив умоляющий взгляд барона де Меркадье, неопределенно пожала плечами.
Мол, она не виновата, все претензии к его высочеству. Вполне ожидаемо помрачневший барон сделал шаг назад и прислонился спиной к колонне, при этом зло наблюдая за танцующей парой. На активные действия этот трус не решился.
— Смотрю, у вас тут весело, ваша светлость.
Негромкий насмешливый голос, раздавшийся за ее спиной, заставил Жанну вздрогнуть и обернуться.
— О, прошу простить меня, мадам, — поклонился ей широко улыбающийся горбун. — Похоже, я невольно напугал вас.
Глаза шута короля, а это был именно он, блеснули с предвкушением. Сегодня он был без своего шутовского наряда.
Улыбка герцогини начала медленно сползать с лица, но она тут же взяла себя в руки и, слегка прищурившись, намеренно шутливо пожурила Кико:
— Барон, разве можно так подкрадываться к пожилым дамам.
— О, мадам! — всплеснул длинными руками шут. — Вы несправедливы к себе! Последние месяцы только и разговоров о том, как вы помолодели! Прошу, откройте мне ваш секрет. Обещаю, я никому не скажу ни слова.
— Мессир, — благосклонно кивнула Жанна и изобразила доброжелательную улыбку. — Нет никакого секрета. Лишь правильное питание и частые прогулки на свежем воздухе. Все согласно рекомендациям моего дорогого племянника.
— Понимаю, — качнул головой шут и добавил: — Восхищаюсь талантами его сиятельства. Знаете, он не устает нас удивлять.
— Надеюсь, вы сейчас не о тех грязных слухах, что разносят по столице всякие мерзавцы о моем мальчике? — нахмурилась герцогиня. — Полагаю, его величество знает, что мой Максимилиан — преданный вассал короля.
— Несомненно, мадам, — ответил шут, ехидно улыбаясь. — Как только маркграф де Валье вернется в столицу, король обязательно вознаградит его по заслугам.
Герцогиня внутренне вздрогнула. Приглашая шута на свой прием, она надеялась хотя бы немного разговорить мерзкого карлика, чтобы понять и прочувствовать настроение Карла. И, судя по тону Кико, похоже, Макса ждет не самый теплый прием при дворе.
Усилием воли справившись с волнением, герцогиня дю Белле гордо произнесла:
— Иного мы и не ждем от его величества. Ведь всем известно, что нами правит самый справедливый и великодушный государь.
Шут молча поклонился. Оркестр перестал играть, и церемониймейстер объявил о коротком перерыве. Кавалеры, держа под руки своих партнерш, стали провожать их по местам, где девушек уже ждали их родители или сопровождающие.
О чем-то мило беседующие принц Генрих и Верена немного задержались в центре зала.
— Если память мне не изменяет, это кузина вашего племянника? — кивнул Кико на задержавшуюся парочку.
— Все верно, мессир, — ответила герцогиня. — Думаю, это последний бал девочки перед замужеством.
— Вот как? — удивился шут. — И кто же счастливчик?
— Барон де Меркадье, — коротко ответила Жанна.
— Вы сейчас серьезно? — удивился Кико.
— Да, — слегка нахмурившись, ответила герцогиня. — А что не так? Пусть девочка не из дворянской семьи, но мой племянник готов отдать за нее хорошее приданое.
— О, мадам, — хмыкнул шут. — Вы неверно истолковали мое восклицание. Дело не в вашей подопечной, а в бароне. Моя интуиция мне подсказывает, мадам, что ваш выбор жениха для его кузины очень не понравится вашему племяннику. Поверьте, барон де Меркадье — не пара этой девушке.
Сказать, что слова шута озадачили и обескуражили герцогиню, значит, ничего не сказать. Она уже была готова задать вопрос Кико, как ее отвлек довольный голос принца.
— Господа, я в восхищении! — оживленный сияющий взор Генриха прояснился. Казалось, он даже протрезвел.
Сопровождавшие принца дворяне недоуменно рассматривали его, словно перед ними возник совершенно другой человек. Всего один танец с этой девушкой, и к ним вернулся их прежний Генрих.
— Ваше высочество, что же вас так восхитило? — громко произнес шут. — Поделитесь же с нами, скорее!
К ним начали подтягиваться стоявшие неподалеку группки аристо.
Генрих, окинув шута брезгливым взглядом, обернулся к слушавшим его дворянам и произнес:
— Господа, моему удивлению и восхищению нет предела! Сегодня я впервые был посрамлён. Мне, мнившему себя экспертом моей любимой породы вюртенбергских мистралов, только что стало известно, что я не знаю даже половины об этих лошадях. И все благодаря вот этой прекрасной девушке, знаниями которой я восхищен. Только что она рассказала мне очень много нового об этих великолепных животных. Мадмуазель Маршан известны такие подробности о мистралах, о которых наверняка не знает даже главный конюший моего отца.
Дворяне угодливо улыбались принцу и с интересом рассматривали зардевшуюся от похвалы девушку. На задних рядах мелькало вспотевшее лицо барона де Меркадье. Он без особого успеха силился рассмотреть происходящее.
