Предпоследняя правда полностью

– Те артефакты, что сделал Линдблом. Он использовал компоненты настоящего оружия времен войны, основанного на этом принципе. А геолог допустил ошибку; некоторые из артефактов оказались не под землей, а на поверхности, видимые глазу. И я проходил мимо; я возглавлял боевой отряд. Вы бы не узнали меня тогда; я был одет иначе. И раскрашен с головы до ног.

Бывший танкер Николас Сент-Джеймс сказал:

– Чероки.

– Да, – кивнул Лантано. – По вашему летосчислению – пятнадцатый век. Так что у меня было много времени, чтобы подготовиться к этому.

– Подготовиться к чему? – спросил Фут.

– Вы знаете, кто я, Фут, – сказал Лантано. – Или, точнее, кем я был в прошлом, а конкретно – в 1982 году. И кем я стану. Вскоре. Ваши люди сейчас копаются в фильмах. Я сэкономлю вам время, бросьте это долгое и трудное занятие; вы найдете меня в девятнадцатой серии Версии A. В эпизоде.

– И кого же, – не показывая эмоций, спросил Фут, – вы изображали?

– Генерала Дуайта Дэвида Эйзенхауэра. В той фиктивной, полностью сфальсифицированной сцене, выдуманной Готтлибом Фишером в воспитательных целях, где Черчилль и Рузвельт – или, точнее, изображающие их актеры – совещаются с Эйзенхауэром и принимают решение, насколько конкретно они могут задержать высадку на континент. «День Д», так это называлось. У меня была очень интересная выдуманная реплика… Я никогда ее не забуду.

– Я помню ее, – внезапно сказал Николас.

Все обернулись к нему, буквально все.

– Вы сказали, – процитировал Николас, – «Я думаю, что погода достаточно плохая. Чтобы помешать нашей высадке и чтобы можно было списать на нее неудачу с надежным закреплением на плацдармах». Фишер заставил вас произнести именно это.

– Да, – кивнул Лантано. – Именно эта реплика. Тем не менее высадка оказалась удачной. Потому что, как показано в Версии B – в столь же вдохновенно выдуманной сцене для потребления зрителями из НарБлока, – Гитлер сознательно задержал две танковые дивизии, находящиеся в Нормандии, для того, чтобы вторжение удалось.

Некоторое время все молчали.

– Станет ли смерть Броуза, – спросил Николас, – концом эпохи, которую начали эти два фильма? – Он обратился прямо к Лантано: – Вы сказали, что располагаете доступом к…

– Смерть Броуза, – твердо ответил Лантано, – ознаменует тот момент, когда мы плюс Дисциплинарный совет, с которым я уже обсудил данный вопрос, начнем – в сотрудничестве с Луисом Рансиблом, без которого не обойтись, – решать, что же конкретно нам сказать миллионам жителей подземных убежищ.

– Чтобы они поднялись наверх? – уточнил Николас.

– Если мы этого захотим, – ответил Лантано.

– Черт, – возмутился Николас, – конечно же, мы этого хотим; в этом же вся суть. Разве не так? – Он переводил взгляд с Лантано на Адамса, потом на Фута.

Фут сказал:

– Я думаю, да. Я согласен. И Рансибл тоже согласится.

– Но только один человек, – сказал Лантано, – обращается к танкерам. И этот человек – Тэлбот Янси. Что он решит?

Адамс, запинаясь, начал:

– Но ведь Тэлбот Янси не су…

– Он существует, – сказал Фут. Обращаясь к Лантано, он поинтересовался: – И что же решит делать Тэлбот Янси?

Я надеюсь, у тебя найдется авторитетный ответ, сказал он про себя. Потому что ты знаешь ответ на этот вопрос; и я знаю, откуда ты знаешь, и ты понимаешь это. Мы больше не в болоте фейков; сейчас все реально. Я знаю, кто ты, благодаря фотоснимкам с моего спутника.

После паузы Лантано задумчиво произнес:

– Если все пойдет по плану, Тэлбот Янси в ближайшем будущем объявит, что война прекращена. Но поверхность все еще радиоактивна. Поэтому убежища будут разгружаться поочередно. В строгой последовательности, шаг за шагом.

– А это правда? – недоверчиво спросил Николас. – Они действительно будут поочередно подниматься на поверхность? Или это всего лишь еще одна…

Взглянув на часы, Лантано сказал:

– Нам пора заняться делом. Адамс, за вами запись альфа-ритма из Пенсильвании. Я достану ту оружейную сборку, о которой мы договорились; Фут, вы пойдете со мной – мы повстречаем Адамса в его офисе в Агентстве, и вы сможете установить оружие, запрограммировать его, подготовить к завтрашнему дню. – Он встал и гибко, легко двинулся к двери.

– А что насчет меня? – спросил Николас.

Лантано подхватил военную карту Фута, подошел к Николасу и вручил ее ему.

– Мои лиди в твоем распоряжении. И скоростной флэппл; он доставит тебя и девять-десять лиди в Северную Каролину. Вот точка, в которой им надо копать. И удачи, – кратко закончил Лантано. – Потому что с этого момента ты автономен, сам занимаешься своими делами. Сегодня вечером у всех нас есть другие дела.

Фут сказал: