Предпоследний крестовый поход полностью

– Она не жила здесь. И похоронят ее на родине. А ты скоро можешь стать королем. Ты хочешь быть королем? Тебе не придется жить здесь, и никто не будет заставлять тебя мыться.

Генри задумчиво пытался поймать соплю своей уродливой губой. Это оказалось не так просто. Не каждый дурак согласиться стать королем Франции.

На ужин Генри принесли кашу в пластиковой чашке и даже Аделаиде предложили. А после ужина приветливая сестра и остальные в красивых костюмах сменились. Теперь на посту сидел молодой паренек, занятый учебником фармакологии, и не обращавший внимание на шум из палат.

– Сегодня дежурит Жорж, можно будет погулять. – радостно сказал Генри и потянул Аделаиду за руку.

Не одного Генри радовал дежурный мед брат. Все клиенты вывалились из палат. Деды на колясках ломились в женские палаты. Возле туалета собралась компания. Они украдкой передавали друг друга украденный с поста антисептик и жадно прикладывались к широкому горлышку. Дам угощали вперед. Безруким и немощным помогали заливать спирт в горло.

Генри провел Аделаиду к запасному выходу, ключ от которого висел на гвозде прямо возле двери, и они оказались на улице. Теперь инициативу перехватила Аделаида. Она потащила Генри к маленькому кладбищу. Мужчина жался к ней как напуганный пес.

Они долго ходили среди надгробий, пока не нашли свежую могилу, где земля не успела покрыться корочкой льда.

Аделаида опустилась на землю, Генри сел напротив нее.

– Ничего не говори пока я не разрешу. Рот на замок. Понял?

Генри кивнул и повторил жест. Рот на замок.

Аделаида подняла горсть могильной земли и насыпала Генри на макушку. Он молчал. А Аделаида принялась читать с мятого листка. Генри не понимал языка, холодный ветер сдувал землю в глаза и на оттопыренную губу. Аделаида, не умолкая, подняла две новых горсти и насыпала ему на плечи. Генри задремал на холоде, пуская пузыри своим уродливым ртом.

Ведьма. Так звали женщину все соседи. На нее спускали собак, в нее бросались объедками. После прихода войск папы в их маленький городок жизнь стала невыносимой, и они с дочерью бежали. Бежали прочь.

Здесь никто не произносил этого слова. Здесь к ней обращались на Вы.

– Глубокий вдох! Не дышать! Готово. – полная, но очень подвижная молодая женщина вышла из-за двери и сбросила тяжелый фартук с бедер. – Вы здоровы, Азалия. Ваша дочь тоже. Но пока она побудет в детском отделении. Три года назад здесь была страшная эпидемия. Теперь мы всегда перестраховываемся.

– Спасибо сестра Сильвия. Вы очень добры. Мы уедем с первым проходящим караваном. Нечего объедать больных.

– Эти двери открыты каждому. Не только больному телом.

– Спасибо. Хотите я вам погадаю. Наверняка хотите узнать, скоро ли выйдете замуж?

Сестра Сильвия оживилась и уселась на кушетку, напротив своей пациентки. разложила карты на клеёнке.

– У вас много воздыхателей, но вы не обращаете на них внимания. Вы считаете, что недостаточно хороши для них.

– Мужчины любят фигуры вроде вашей.

– Чепуха. Не ваш вес тянет вас вниз. У вас нет своих детей, ведь так?

Сильвия кивнула.

– Тогда зачем, вы взвалили на себя участь чужой матери.

– Сестра Сильвия! Гретта упала с качели! У нее вся голова в крови! – в кабинет вбежала молодая девушка с двумя толстыми черными косами. Она была едва ли старше дочери Азалии.

– О господи! – Сильвия забыла про карты и подхватив аптечку побежала на двор.