Холод — меньшее, что сейчас тревожило Твин. Хуже и быть не могло: без маски, полуобнажённая, выставленная на всеобщее обозрение, она не могла перестать думать о странном господине в чёрном пиджаке, который так пристально смотрел на неё. Что-то жуткое улавливалось в его глазах, непонятное, а то и вовсе зловещее. Слай тоже это заметил и теперь то и дело угрюмо косился в сторону ложа.
Их оставили ждать, пока надзиратель давал указания другим, в синих поясах. То, что им придётся с кем-то сражаться, стало ясно ещё в казарме. Вполне предсказуемо: как ещё убедиться хозяину в их пригодности. Но это ерунда, по сравнению с никак не унимавшейся тревогой.
Недоброе предчувствие заныло под сердцем. С чего бы это? Твин прислушалась к себе. Нет, оно точно не принадлежит ей. Неожиданная догадка опустилась обухом на голову.
Она злорадно ухмыльнулась. Альтера. Вот оно что! Ну посмотрим, что на этот раз скажет.
Сконцентрировавшись, утончила воображаемую стену, дала ей возможность говорить, но та почему-то молчала.
«Неужели я чую страх?» — обратилась она к Альтере, но ответа не последовало.
Она неожиданно закрылась, исчезла, будто её никогда и не было. Тревога мгновенно рассеялась.
Вот это да! Что-то новенькое.
— Что с тобой? Всё из-за того ублюдка, да? — Слай никак не мог успокоиться.
— Остынь уже.
Твин оглянулась на Харо. Тот внимательно наблюдал за ложем.
— Куда это он так смотрит?
— Видишь, вон ту девицу, у самого края? — расплывшись в улыбке, кивнул Слай. — Он с неё всё это время глаз не сводит.
Твин мельком посмотрела в сторону девушки. Неудивительно. Незнакомка и впрямь очень красива. Длинные волосы, тонкие черты лица, выразительные глаза. Да что говорить, она-то и нарядов таких никогда не видала.
— Теперь понятно, — протянула она. — Харо! Что там у нас с синими? Есть скорпионы?
— Всего двое, — не оборачиваясь, бросил он. — Остальные ординарии.
— Да не пялься ты так на неё! — Слай ткнул друга под рёбра. — Знаешь, что за такое могут сделать?
Он провёл большим пальцем у горла.
— Не понимаю, о чём ты, — Харо, но отвернулся.
— Ну что, готовы надрать задницы ублюдкам? — Девятнадцатый размял плечи.
— Было бы что драть, — отмахнулся Триста Шестой. — Хиляки.
— Так даже лучше, верно, Сорок Восьмой? — подмигнул с издёвкой Девятнадцатый. — Хотя, сомневаюсь, что тебе по зубам даже кто-то из них. Бесплатный совет: когда тебя будут иметь, расслабься и получай удовольствие.
— По собственному опыту знаешь? — хмыкнул Харо.
— Уймитесь уже! — Шустрый толкнул Девятнадцатого в плечо. — Не время для разборок.
Надзиратель закончил с другими осквернёнными и теперь быстрым шагом направлялся к ним.
— Сражаемся до первой крови, — выдавил он, выравнивая дыхание, — и без сюрпризов, ясно?
Он указал на гвардейцев:
— Застрелят на месте, квакнуть не успеете.
Выдержав небольшую паузу, надзиратель задумчиво осмотрел стоявших перед ним.
— Ты и ты, — он ткнул пальцем в Триста Шестого и Слая. — Пойдёте первыми. Потом вы двое. Девчонка с пугалом последние. Начинаем по сигналу.
С этими словами он отошёл подальше и, переведя дыхание, протяжно дунул в рог.
— Кого это он пугалом назвал? — Харо недобро покосился на надзирателя.
— А то сам не знаешь? — хихикнул Девятнадцатый.
Твин незаметно коснулась руки Слая:
— Удачи.
— Она нам не понадобится, — лукаво подмигнул он и вместе с Триста Шестым двинулся к центру арены.
Вальяжной, уверенной походкой, к ним на встречу вышли двое.
Твин не сводила глаз с Семидесятого. Сердце предательски колотилось. Это не поединок в Терсентуме, кто знает, чем всё закончится.
Двое разошлись в стороны.
Слай дал правее. Оценивал соперника, но пока не нападал.
Противник был на полголовы выше. За это Твин не волновалась, Слай давно выработал собственную стратегию и размеры врага играли незначительную роль. По крайней мере до сегодняшнего дня.
Высокий шаг за шагом, медленно приближался. Слай встал в защитную стойку, поднёс сжатые в кулак ладони к лицу.
Твин улыбнулась. Знакомый приём. Этот точно клюнет.
Высокий атаковал. В самый последний момент, когда удар должен был достичь цели, его кулак беспрепятственно прошёл сквозь воздух.
Со стороны ложи донесся одобрительный возглас.
Тот недоумённо огляделся по сторонам, что-то злобно выкрикнул. Внезапно ноги его подкосились и он повалился на колени.
Слай очутился прямо перед его носом и с размаху въехал коленом в челюсть. Тот закачался, упёрся ладонями в землю.
Твин озадаченно нахмурилась. Крепкий, гад. От такого обычно челюсть ломается в два счёта.
Слай снова испарился, не дожидаясь, пока противник очухается.
С трибуны раздался сердитый выкрик, кому-то из господ явно не понравилась тактика Семидесятого.
Высокий замотал головой, подскочил, принялся махать кулаками наугад. Слай появился слева, пригнулся, пропуская кулак над головой, и нанёс удар в живот. Один, второй, и снова исчез. Высокий согнулся, попятился и замер, уставившись на песок. Резко выровнявшись, он со всего размаху двинул в пустоту.
