— Кстати, о предсказуемости, — Король изучающе посмотрел на Максиана. — Как насчёт закона, о котором я говорил? Насколько мне известно, Корнут давно подготовил всё необходимое.
— Да, Ваша Светлость, заседание по вашему вопросу назначено на первый месяц зимы.
— Это вы так шутите? Может вообще на весну оложить?
— К сожалению, эти месяцы Сенат слишком загружен вопросами, которые уже невозможно больше игнорировать. К тому же, сейчас не самое подходящее время после скандала с газетчиками. Наберитесь терпения, Ваша Милость, мне ещё предстоит переговорить с сенаторами по отдельности, нам нужна их лояльность.
— Я полагаюсь на вас, Максиан. Не забывайте об этом.
Ещё бы не полагался. Сам понимаешь, что шансов никаких. Даже золото твоё для взяток не спасёт. Кто захочет добровольно впустить в свой дом неотёсанных полицаев в грязных сапогах? Закон твой, дорогой Юстиниан, не менее абсурден, как и предлог для его внедрения.
— А вот и они, — Корнут нервно заёрзал на сидении и окликнул надзирателя. — Веди их сюда, да поживее.
У ворот на противоположной стороне манежа показались новые невольники короля. Надзиратель трусцой поспешил навстречу, меся промокший песок тяжёлыми сапогами.
Максиан с любопытством вглядывался в пока ещё плохо различимые фигуры. Один из рабов, низкорослый и тощий, что бездомный кот, сильно выделялся на фоне остальных. Грудь невольника скрывала узкая повязка.
Так это женщина! Впрочем, ничего удивительного: среди скорпионов их предостаточно.
Надзиратель наконец добрался до конца арены и теперь торопливо подгонял новоприбывших к ложе.
— Корнут, что за недоразумение там, с левого края? — надменно спросил король, указав пальцем в сторону рабыни.
— Не спешите с выводами, Ваше Величество. Особь весьма занимательная.
Невольники остановились в десяти шагах и преклонили колени, не смея поднять глаз на господ. Юстиниан нетерпеливо посмотрел на Корнута, намекая, что лучше не тянуть.
— Триста Шестой! — проголосил советник и один из осквернённых выровнялся во весь рост.
Максиан равнодушно осмотрел невольника. Бритоголовый, как и остальные, ничем не примечательный здоровяк с приплюснутым носом и шрамом над губой.
— В досье сказано, использует скверну как силу. На короткое время создаёт вокруг себя защитное поле.
— Недурно, — кивнул сутулый в пиджаке, — и всё же ничего особенного.
Юстиниан одобрительно кивнул.
— Семидесятый.
Юнец медленно поднялся и с любопытством уставился на присутствующих.
— Какой наглец! — рассмеялся король. — Не томите, Корнут. Что на этот раз?
— Невидимость, — коротко пояснил тот.
— Отлично! Полезная способность.
— Девятнадцатый!
Максиан в очередной раз оглянулся на Ровену. Принцесса холодно скользнула по нему взглядом и отвернулась.
— Его кожа прочна как доспех. Почти неуязвим.
— Продолжайте.
— Сорок Восьмой!
Королева брезгливо фыркнула и отвернулась. Дочери короля негромко захихикали. Привлечённый реакцией дам, Максиан посмотрел на невольника: на вид осквернённый и вправду жутковат, во всяком случае, не для женского взора.
— Меткий стрелок. Усиливает урон снаряда. Я выбрал его для сопровождения.
— Не знаю, Корнут, на арене он бы смотрелся впечатляюще, — Юстиниан задумчиво пригладил бороду. — Что ж, посмотрим, каков он в ближнем бою.
— Как вам угодно, Ваша Милость.
— Я бы на такого ставил не раздумывая, - шутливо заявил сутулый. — От одного его вида у противника может случиться инфаркт.
— Сомневаюсь, — возразил долговязый. — В Легионе и не такие встречаются, они с детства привыкшие. А вот вас бы точно, столкнись вот с таким в тёмном проулке.
— Очевидно, по себе судите, — сутулый скорчил недовольную гримасу и отвернулся от собеседника.
— Пятьдесят Девятая, — продолжил Корнут. — Останавливает время.
Сердце Максиана ухнуло. Наверное, послышалось. Он пристально посмотрел на девчонку, не веря собственным глазам. Быть того не может! Седой же обещал! Да что вообще происходит? Может, это ошибка? Корнут вполне мог что-то спутать.
Но её лицо… Как же она похожа на Анну. Максиан не мог оторвать глаз от девчонки. В груди бушевала ярость вперемешку с разочарованием в себе. Несомненно, это она, его дочь. Он придушит Седого собственными руками. Старый ублюдок, чтоб ему пусто было. А как красиво заливал: золота припаси и будет тебе счастье. А он уши развесил как мальчишка. Проклятье!
— И, наконец, Двести Восемьдесят Седьмой. Скорость, отличные навыки ближнего боя.
— Замечательно, — Юстиниан поднял ладонь и дал знак, что пора начинать.
— Вы уже определились со ставкой? — полюбопытствовал долговязый.
— Пожалуй, поставлю три на три, — поразмыслив, решил Юстиниан.
— Превосходно! — заискивающе улыбнулся другой.
Максиану потребовалась вся имеющаяся выдержка, чтобы взять себя в руки и не привлечь излишнего внимания. Гнев ещё бушевал, но теперь он стремительно смешивался с тревогой и отчаянием. Всё, к чему стремился эти годы, оказалось напрасным. Сейчас, на этой арене, решится судьба его дочери, остаётся только молить богов, чтобы её не выбрали в гладиаторы. Возможно тогда у него будет шанс ещё что-то изменить.
