Хью усмехнулся в ответ обескураживающе ослепительной улыбкой, которую он, однако, быстро стер с лица.
– Боже, люблю этого ублюдка. Анна тоже его любила. Она, эм, выросла в религиозном поселении без телевизора, знаете, так что фильмы были для нее настоящим событием. Все дело в новизне, полагаю.
Она кивнула, отпивая кофе. Он был горячим и горьким, обволакивающим ее небо.
– Сейчас… сейчас я знаю, что вы, должно быть, думаете, потому что все думают так же, но у нас и вправду было много общего, несмотря на… разницу в возрасте. Когда вы… когда вы вдали от своей семьи, даже по собственному желанию… что ж, вы испытываете чувство одиночества, которое вряд ли можно описать. Вы не поймете этого, пока не испытаете. Я оставил многих людей позади, когда приехал сюда. Не все из них поддерживали мое решение. Или меня.
Скалли подумала о Билле в Сан-Диего, о Чарли в Канаде, о ее отце, развеянном над морем, и о сестре в холодной земле.
– Но у Анны была Рианнон, верно? – заметила она. – И Мэрион. У меня сложилось впечатление, что они довольно близки.
При упоминании Мэрион Хью стиснул зубы.
– О, ну, не позволяйте им внушить вам, что в «Брыкающейся лошади» все было так уж безоблачно. Эта Рианнон странная и вспыльчивая женщина, которая определенно не питает ко мне теплых чувств. А Мэрион… что ж, если у вас есть сестры, то, уверен, вы знаете, как это может быть. Особенно, когда стало ясно, что мы с Анной собирались пожениться.
Образ Мелиссы в четырнадцать лет возник перед ее мысленным взором, с темными, как вода в пруду, глазами с вкраплениями черного. Кожу ее головы закололо при воспоминании о том, как сестра вцепилась ей в волосы. Она даже не помнила, из-за чего возник спор. Мысленно встряхнувшись, она продолжила:
– И когда начался ваш роман с Мэрион? После свадьбы или до?
Хью резко выдохнул и перевел взгляд в окно, смотря на свое размытое отражение. Разветвленная молния ударила в поля в отдалении.
– Господи, – пробормотал он. – Вам Мэрион рассказала?
– В общих чертах, – ответила Скалли.
Он поднял руки ладонями вверх в беспомощном жесте и снова уронил их на стол.
– Что я могу сказать в свое оправдание? Это не должно было так далеко зайти. Анна бывала в таком отстраненном настроении, а Мэрион всегда находилась рядом, готовая выслушать, и я… мы… просто поддались… запретному удовольствию тайного романа, полагаю. Необходимость прятаться, секреты, страсть… Но я закончил все вскоре после начала. Это были всего несколько недель безрассудства.
Скалли присмотрелась к нему, пытаясь оценить его искренность, и сожалея об отсутствии у себя малдеровской проницательности.
– Когда, Хью?
Он сглотнул.
– Это будет выглядеть некрасиво, но пару месяцев назад. Незадолго до того, как… ну, когда начались предзнаменования. Но вы не должны думать, что… я имею в виду, кто мог… я все еще любил Анну и хотел сохранить наш брак, а Мэрион любила ее, как сестру. Никто из нас не хотел причинить ей боль, никто из нас не мог… – Он пронзил ее взглядом, судорожно вздохнув. – Вы должны мне поверить. Об этом, о знаках…
Резкая трель мобильного Скалли разрезала воздух. Она покопалась в своем пальто и выключила его.
– Дана… вы не верите мне насчет предзнаменований. – Это было утверждение, а не вопрос.
– Мой напарник верит, – вздохнула она. Звякнул колокольчик над входной дверью.
Хью кивнул, пожевав нижнюю губу.
– Этот город… Хорайзен… это странное место. Было таковым задолго до того, как я здесь поселился. – Он начинал распыляться, отчего его голос задрожал, а глаза заблестели. – Это гребаный кошмар. Что-то здесь убило мою жену. Убило нашего ребенка. Убило ее чертову лошадь. И это еще не конец. Я следующий. Я в этом уверен.
– Хью, – мягко позвала она и накрыла его руку своей, чтобы успокоить его и вернуть обратно в русло спокойного рассудительного разговора. Предупреждающие слова Мэрион всплыли в ее памяти, но теперь, услышав всю историю, она не была склонна принимать ее слова на веру. Она помнила свой тайный роман с Дэниелом, когда ей тоже казалось, что она не в силах сопротивляться ему.
Хью глубоко вздохнул и закрыл глаза, накрыв ее руку свободной ладонью. Его кожа была грубой на ощупь и теплой, отчего у нее потеплело на душе.
– И что тут происходит?
Скалли повернула голову и уткнулась взглядом в широкую грудь Тео. Он смотрел на них с негодованием и подозрением. С десяток человек, сидевших позади него, тоже повернулись, чтобы не пропустить разворачивающуюся у них перед глазами драму. Скалли выдернула руку.
– Шериф Гладстоун, – поприветствовала она, нацепив на лицо непроницаемую профессиональную маску.
– Дана просто задала мне пару вопросов, Тео, – отрывисто бросил Хью, когда она забирала пальто. Это просто смешно, она не сделала ничего дурного. Тогда почему чувствовала себя так, словно ее поймали на месте преступления?
Скалли встала и прошла мимо Тео.
– Мы закончили, мистер Дейли. Спасибо за откровенность. Тео, я пошлю вам данные о вскрытии, после того как изучу их вместе с напарником, – сказала она, надевая пальто и, не попрощавшись ни с кем из них, решительно вышла под холодный ливень.
