Механизм по созданию рабочих мест, исправно действовавший в богатых странах, дает сбои. Это началось еще до кризиса 2008 года. В США рост ВВП замедлился в период между 1940 и 2000 годами, но рост безработицы замедлился еще сильнее. В 1940-х число занятых в неаграрном секторе возросло почти на 40 процентов, этот рост замедлился в 1950-е, слегка ускорился в 1960-е, упал до 28 процентов в 1970-е и до 20 процентов в 1980–1990-е. Но в 2000-е годы занятость даже уменьшилась на 0,8 процента. Работа не «исчезала», но мировой рынок набирал обороты, оставляя американских рабочих позади.
В условиях глобализации рынка труда рецессии ускоряют рост прекариата. Теперь, когда стало больше временных и других незащищенных рабочих, большие масштабы приобретает потеря рабочих мест в первой фазе рецессии. Давно прошли времена, когда большое число рабочих временно увольняли, сохраняя за ними места до тех пор, пока спрос не вырастет. Те, кто оказался на обочине, первыми теряли работу. Однако до рецессии они могли и не появиться в статистике занятости или же в статистике безработицы. Это помогает понять, почему в некоторых европейских странах с большим числом рабочих-нелегалов или мигрантов после 2008 года наблюдался лишь небольшой рост официальной безработицы и незначительное уменьшение официальной занятости.
Фирмы использовали рецессию, чтобы перевести больше труда в зону прекариата или реструктурировать его иными способами, в том числе чаще прибегая к офшору и аутсорсингу. Последовавшие вслед за рецессией в США процессы привели к довольно вялому оживлению рынка труда и при этом вызвали мощную волну длительной безработицы. Когда экономический рост оживился после рецессий 1970-х – начала 1980-х, безработица распространилась сразу же и была значительной. Когда же после рецессий 2008–2009 годов рост возобновился, число рабочих мест не увеличивалось более года. Действительно, штаты крайнего юга США теряли рабочие места, вызвав страх «восстановления экономики за счет потери рабочих мест».
В Германии некоторые безработные просто «улетучивались»: те, кто был родом из Восточной Европы, отправились домой в надежде на поддержку малых сообществ у себя на родине, рассчитывая, что смогут вернуться, если на их профессии будет спрос. В США же, напротив, мигранты, теряющие нестабильную работу, не осмеливались ехать домой, опасаясь, что не смогут вернуться. Как ни странно, если бы мигрантам проще было уехать и вернуться, это могло бы повысить занятость в США.
В общем, рецессия многих отбросила в прекариат, отчасти потому, что теряющие работу переходят на более низкий уровень дохода при повторном найме. Американские исследователи (например, Autor, Houseman, 2010) обнаружили, что устроившиеся на временную работу после периода безработицы чаще всего имеют меньший годовой доход и долговременный заработок. Вот почему безработные не готовы соглашаться на первую же предложенную им работу. Это не леность и не иждивенчество, а обычный здравый смысл.
Тем временем безработные перешли в разряд тех, кого надо «исправлять». Тенденция связывать все и вся контрактом коснулась и безработных. В некоторых странах безработных называют теперь по-новому – «клиентами» – и заставляют подписывать контракт, с определенными обязательствами и наказанием за их невыполнение. По сути, они находятся под психологическим давлением, когда это подписывают. Контракты, подписанные в таких обстоятельствах, по нормам общего права следовало бы оспорить в судебном порядке. О том, к чему это привело, мы поговорим позже.
Терциаризация коснулась и жизни безработного. У него имеется множество «рабочих мест»: биржа труда, офис выдачи пособий, курсы, где учат поиску работы, и он должен заниматься всем этим, «работая ради работы»: заполнять бланки, стоять в очередях, ездить на биржу труда, бегать в поисках работы, ездить на курсы и т. п. Безработный может быть занят целый день, и при этом должен почти все время быть наготове. То, что политики называют ленью, чаще всего мучительное ожидание у телефона в надежде на звонок.
Рынок рабочей силы, основанный на нестабильной работе, предполагает высокие трансакционные издержки для тех, кто на обочине. Эти издержки включают время, необходимое для подачи заявления на пособие, если человек безработный, отсутствие дохода в этот период, время и затраты, связанные с поиском работы, время и затраты на изучение основ новой работы, а также время и затраты на внерабочую деятельность для того, чтобы соответствовать требованиям на новом временном рабочем месте. Все вместе это может быть довольно существенно в сравнении с ожидаемым заработком. Получается так называемая ловушка нестабильности.
