– Уйдет… – сквозь зубы проскулили Вебер. – Дать ему по башке?
Родион отрицательно затряс головой и приложил палец к губам. Сидорова они всегда найдут, не велика птица. Сейчас надо сосредоточиться на Шамбере. Предчувствуя неладное, Родион хотел спросить ротмистра про Петрова, но промолчал. Оставим неприятности на потом, сейчас не время расслабляться.
Родион не спросил, но читатель-то наверняка хочет узнать, что случилось с маленьким агентом на берегу Фонтанки. Предложенный Шамбером Сидорову порядок действий звучал так: «Как услышишь выстрел, тут же поспешай на звук мне навстречу. Поможешь мне перенести в лодку труп одного негодяя. Если случится неувязка, негодяй может меня обмануть и явиться на встречу не один, тогда сам волоки труп в лодку и вези его в усадьбу, которую я тебе показал. Там я тебя встречу».
Услышав выстрел, Сидоров не сразу вылез из лодки. Мы свое дело сделаем, но прежде шевалье пусть один покорячится. Не велика птица! Пока он подгребал лодку к удобному месту, совсем рядом прогремел второй выстрел. Унтер-офицер затаился, в голове мелькнула разумная мысль: а не дать ли деру? Шальная пуля, чего доброго, и в него самого может угодить. И зачем только он ввязался в это грязное дело. Но природная жадность взяла верх. Если он труп на место не доставит, то и денег не получит.
Голые ноги убитого лежали на прибрежном песке, голова ушла в ивняк. Шамбера поблизости не было. Сидоров осторожно выбрался на берег, с трудом освободил голову убитого, перевернул труп… Батюшки светы, господин фискал собственной персоной. От радости у Сидорова тряслись руки. Свободен! Ты мне, гад, Тайной канцелярией грозил, а теперь сам валяешься, как падаль. Правильно говорил господин Шамбер – враг. Ты не только ему враг, ты враг всему роду человеческому. А теперь за тебя мне еще денежки заплатят! И ты, недоумок, не сможешь у меня их отнять. Как ты твердил-то? На государственные нужды. И ведь сам все это дело и организовал! Смех, да и только.
Упаковал убитого в рогожу Сидоров по собственному почину. Мало ли кого можно встретить на реке? Солдаты сейчас всю ночь по городу шляются, ищут злоумышленников. А если к нему кто заглянет в лодку, так он объяснит без труда, что везет груз. И опять же с веревками волочить труп сподручнее.
Пистолет из рук Шамбера выбил ротмистр Пушков.
Матвей влип в ситуацию, как кур в ощип, то есть не понял ничего.
– Что здесь происходит? – повторял он возбужденно, глядя, как на его глазах опутывают веревками орущего человека. Потом он увидел Люберова. – Ты как здесь оказался?
Родион не ответил на вопрос, только бросил коротко:
– Это Шамбер.
Действительно он, собственной персоной! Вот уж кого не ожидал увидеть Матвей, так это Шамбера. Удивительно, что он сразу не признал его по голосу. Матвей тряхнул головой, словно отгоняя страшное виденье, и вдруг стремглав бросился в дом.
А потом все собрались в горнице. Матвей постарался, осветил помещение. Все молчали, глядя на убитого Петрова. Странно, но маленькая его фигурка стала как будто больше: ноги вытянуты, руки по швам, как в строю. Никто так и не догадался закрыть ему глаза. Лицо его было спокойным, можно даже сказать, что она имело удовлетворенное выражение.
Многие годы потом Люберова будет мучить одна и та же мысль: он «подставил» маленького агента, косвенно, конечно, но именно он виновник его смерти. Оно, конечно, такая работа, но все же…
– А теперь объясни, что ты здесь делаешь? – опять пристал с вопросами Матвей.
– А ты что здесь делаешь? – Родиону сейчас не хотелось ничего объяснять, его работа еще не была кончена.
– Я у себя дома, между прочим.
– Дом-то еще не куплен, а ты, насколько мне известно, в другом дому живешь. Может, ты ждешь кого-то?
– А вот это тебя совсем не касается, – с вызовом крикнул Матвей.
Ах, друг мой, если бы ты знал, насколько это меня сейчас касается! Матвей ждал Николь, которая просила его помощи. Именно это было написано в письме, только писала его не мадам де ла Мот, а Шамбер. В последний момент тот решил подстраховаться. Николь в последнее время вообще вызывала серьезные подозрения француза, видно, ее отношения с князем зашли очень далеко.
– Она не придет, – вдруг сказал насмешливо Шамбер. – У мадам Николь на этот вечер совсем другие планы.
Матвей опешил от подобной наглости.
– Развяжите его! – крикнул князь громоподобно и выхватил шпагу.
– Тихо!
Ротмистр схватил Матвея за плечи и с размаху посадил его на лавку.
– Ждите меня здесь! – приказал Люберов. – Из дома ни шагу. Если Шамбер будет болтать лишнее, заткните ему глотку кляпом. Я должен отлучиться. Надеюсь, что ненадолго. А может быть и до утра. Стерегите Шамбера.
Уже в дверях он сказал на ухо Веберу.
– Матвея тоже стереги. Он не должен отлучаться из этого дома.
Карету остановил всадник, скакавший навстречу во весь опор. Удивительно, что он не напугал лошадей. Правда, кучер мадам де ла Мот никогда не гнал карету слишком шибко, тем более по ухабистой, плохо освещенной дороге.
