Мы не выпускаем своих детей в школу без сопровождения, малыши не ходят гулять на улицу, не посещают секции самостоятельно. Их хобби привязывают родителей с бабушками к ним и их кружкам, так как мы боимся маньяков, киднепинга, бомжей и, порой, самих себя. Иметь детей-школьников и работать одновременно двум родителям - немыслимое удовольствие. Вас будут приглашать на открытые уроки, конкурсы, викторины, многочасовые собрания, писать гневные письма, слать смс, заставят вступить в группу родителей одноклассников вашего чада вконтакте, вотцаппе или в вайбере, где вы забудете свои имена-отчества, станете "папой-мамой Андрея, Таисии, Сергея" и заново прочувствуете прелесть российской десятилетки, разве только, что вас не допустят к ЕГЭ (единый государственный экзамен). Хотя потом можно будет похвастаться на работе или в перекуре, что прошли олимпиаду по языку для второклашек "Русский медвежонок" и задавать вопросы наподобие провописания слов на якутском или кто с кем общался в романе Евгения Замятина "Мы".
Моветон в Москве - ходить в школу рядом с домом. Лучше возить ребёнка на машине час, хотя если он - вундеркинд, о чём вам поведает переученный школьный психолог, то этого времени может и не хватить. Мы пытаемся дать нашим детям современное образование, лишив их и себя свободного времени, но Ломоносовы в стране по-прежнему в дефиците...
В Басманном районе пустынно. Мы любим встречать Новый год всю ночь. Новый год - это пиршество. С салатами, водкой и деликатесами. После которого наступает нефизиологичный сон.
Блестят выдолбленные дворниками кривые плиточные тротуары от химических вечно живущих реагентных луж, и я размышляю над их воздействием на природу, здоровье, автомобили и обувь. В который раз жалею, что не купил калоши и неосознанно радуюсь за машину, находящуюся в ремонте. В этом году коммунальщики сэкономили на дворниках и снегоуборочной технике, зато как никогда щедры на соль, которая забивается в складки одежды, покрывает узорами обувь и въедается в автомобильные щели.
Парит не замерзающая Яуза, спасая своим теплом перебравшихся из парковых озёр городских уток. До минус двадцати пяти вода с цветными масляными пятнами преспокойно течёт-бурлит, и водоплавающие птицы чувствуют себя здесь вольготно. С удивлением смотрю на рыбаков, которые весной-летом оседают на её одетых в гранит берегах, и даже не верил, что в ней водится рыба, пока не увидел белоснежный ковёр из дохлых тушек во время фантастической жары летом 2010 года. Москва не справляется с природными катаклизмами. Будь то жара, ливень или снегопад, и тогда жизнь в ней временно парализуется, уступая место стихийной пляске природы.
Редкие машины стремглав несутся на мигающие жёлтым светофоры. В Москве постоянно и везде спешат. Даже в праздники и в выходные, ночью и в пять утра торопятся, врезаются, бьют себя и свои машины. Нигде я не встречал так много аварий, как здесь. Может, это объясняется нашим движением, которое писатель Олег Павлов сравнил с "мясным фаршем, прокручиваемым через мясорубку" или с манерой езды и южным темпераментом. Иногда особо нетерпеливые сигналят, открывают окна и злобно-насмехательски кричат нам: "Права надо получать, а не покупать..." Как сказал мой друг - профессиональный шофёр: "Вам надо сменить авто. Чем выше ты над поверхностью земли - тем больше уважения на дороге!"
Здесь страшно ездить на машине, велосипеде и страшно переходить дорогу, даже на зелёный сигнал по зебре. Почти год я тренировался на шоссере по обочине проезжей части, благоговейно вспоминая велопоездки по Тенерифе и Сицилии. Каждая тренировка в Москве была своеобразным везением и заканчивалась вздохом облегчения, что пронесло, и не столкнулся ни с кем и ни с чем. В асфальте с колдобиной или многочисленными металлическими люками канализации, на повороте с подрезающим авто или на велодорожке со случайным прохожим. Всё же я сломал палец, расколол два велошлема, порвал велоформу, избил колени, локти и продал шоссейный велосипед другу, чтобы он ездил на тренировки в Крылатское. Экстрим уменьшился, так как на хардтейле можно прыгать по бордюрам, ненароком пугать пешеходов и слышать матерные крики вдогонку.
