Новогодняя Москва притягивает туристов, несмотря на высокие цены на еду и проживание, зачаточную туриндустрию, и это мы заметили, выйдя на площади Революции. Приезжих видно невооруженным глазом. По одежде, по электронным гаджетам в руках, по картам-путеводителям и по растерянным лицам. Иногда, абстрагируясь, пытаюсь поставить себя на их место и понимаю, что наличие планшета или навигатора, карты, подсказок прохожих может быть недостаточным, чтобы попасть туда, куда хочешь, найти то, что ищешь. Прохожий может послать в другую сторону или сослаться на то, что не знает, у сотрудников эскалатора спрашивать бесполезно, так как они отгорожены табличкой "Справок не даём", полицию в нужный момент не сыщешь, да и среди них в большинстве своём приезжие, а некоторые уличные подписи теряются в рекламных щитах и растяжках. Москва - это постоянный квест, в котором меняются вывески, названия улиц, что-то возводится и что-то разрушается. Здесь нескучно, так как привыкнуть к этому движению сложно. Вчера был детский сад, а сегодня кооператоры открывают ООО и ЗАО, позавчера продавались продукты, а сегодня торгуют секонд-хэндом, год назад была детская площадка с турниками для взрослых, и внезапно, как гриб после дождя, вырастает высотка в двадцать этажей. Даже привычные кафе с завидной регулярностью меняют вывески, то ли отдавая дань моде на рэбрендинг, то ли спешат завоевать новых клиентов.
На улице Никольская мы попали в плотный людской поток, двигающийся по направлению к Красной Площади, перед которой установили рамки металлодетекторов, что образовало человеческую "пробку". Самым нарядным магазином столицы, а, наверное, и страны я считаю ГУМ. Я редко в нём совершаю покупки - лишь в сезон распродаж, но сюда приятно заходить и бродить по его подвесным мосткам, выпить кофе в итальянском кафе, купить деликатес в Гастрономе 1 или посидеть у фонтана, где раньше снимали телепередачу "Жди меня". Здесь можно почистить обувь рублей за пятьсот или сходить в туалет с душем за двести. Год назад, когда рубль (или нефть) лихорадило на трейдовом рынке, чуть ли не два раза в день его продавцы согласно биржевым новостям меняли ценники на одежду-обувь.
- Скажите, а у вас есть женская курточка не на меху? - спросил я до кризиса в отделе Лоро Пиано.
- Да, вот посмотрите, на воротнике настоящая лиса, - сказала продавщица в светло-кремовой униформе, расстилая на прилавке передо мной зимнюю куртку по пояс.
- Спасибо. А сколько стоит?
- Миллион... вам показать другие расцветки?
Раз в квартал, а иногда и чаще меняются его интерьеры, что соответствует праздникам или временам года, и кажется, что обновляется и сам магазин. Лишь зимой мне перестало нравиться здесь, да и то преимущественно из-за одноимённого катка, занимающего половину Красной Площади. Раньше он назывался Bosco, но впоследствии итальянцы уступили его ГУМу, что создаёт дополнительную толчею на первом этаже.
Но сегодня магазин оказался закрытым, как, впрочем, и большинство торговых заведений, и мы, отстояв немалую очередь перед рамками металлодетекторов с полицейским нарядом, прошли к центру города.
Красная Площадь. Каждый мальчишка в моём детстве мечтал пройтись по ней и посетить Мавзолей, испробовать чего-нибудь заграничного в ГУМе, увидеть парад, а если повезёт, то и самого генерального секретаря. В шесть лет я впервые побывал в Москве, и в памяти остались воспоминания от её неровной брусчатки, рубиновых звёзд на шпилях, цирка на Цветном с Никулиным и Поповым, ВДНХ с американскими горками и московским эскимо. С тех пор меня постоянно тянуло сюда. Не знаю почему, не знаю зачем, не знаю для чего. Просто мечта.
Времена изменились, но площадь осталась достопримечательностью номер один. Здесь фотографируются, сюда приезжают свадебные кортежи, и она по-прежнему вместе со стенами Кремля является визитной карточкой города. Переступая через многочисленные кабели, уклоняясь от машин, выезжающих из ГУМовского катка, мы ищем главную ёлку страны и ракурс для фотографирования. К нам оперативно подключились частные аниматоры, разодетые в шкуры героев американских мультфильмов.
- Бесплатно? - спрашиваю у пожелтевшего от времени двулапого Белого мишки, к которому тянет руки полуторагодовалый малыш.
- Почти! - отвечает он мне, - всего двести рублей за снимок с вашим сыном!
Мавзолей закрыт. Лишь в мае прошлого года вместе со старшими детьми впервые опустились в его подземный пантеон, чтобы отдать должное ушедшей эпохе. Удивительно, что прошло четверть века, а тень вождя зримо присутствует на каждой центральной площади почти каждого российского города, в названиях улиц и заведений, гармонируя или скорее диссонируя с обновлённым царским триколором и коронованными орлами. Лишь надписи стыдливо стёрты с гранитных постаментов, чтобы молодёжь ещё через полсотни лет не догадалась, кем он был.
