Я выступила из душа с твердой решимостью поговорить с Тайлером о том, куда, по его мнению, ведет наша дружба с привилегиями, но на пути оказался остолбеневший незнакомец, вовсе не пытавшийся прикрыть глаза при виде моего обнаженного тела.
— Это местное девчачье обмундирование или альпийскому подразделению позволены супружеские визиты? — Спросил он.
Я сняла халат с крючка и завернулась в него.
— Я — фотограф. А ты кто нахрен такой?
Он засмеялся, довольный моим ответом.
— Меня зовут Лиам. А этого залетного — Джек. — В Лиаме было по меньшей мере шесть футов два дюйма роста, но нереально светлая макушка Джека все равно возвышалась над ним.
— Какой такой «залетный»? — Не поняла я.
— Как дела? — Вставил слово Джек. — Мы из Австралии.
— Замечательно, — я завязала пояс и затянула его потуже.
К нам неслышно подошел Тайлер, уставившись на двух мужчин. Никогда не видела его настолько злым.
Лиам протянул Тайлеру руку. Его бицепс был размером с мою голову, и мне стало интересно, как он справлялся с собственной мышечной массой во время похода к месту пожара.
Тайлер испепелял руку Лиама взглядом, пока тот совершенно спокойно ее не убрал.
— У нас здесь неодетая женщина, господа. Предлагаю, удалиться в другую комнату, пока она не закончит.
Джек хлопнул Лиама по плечу. — Они немного зажаты в плане наготы. Давай не будем злить команду в самый первый день.
Лиам неотрывно смотрел на Тайлера, но не провоцировал его. Своим твердым взглядом и веселой улыбкой Лиам предупреждал, что его не так-то просто запугать, отчего второй мужчина пришел в большую ярость.
Австралийцы оставили нас наедине, и Тайлер присоединился ко мне возле раковины.
— Ты в порядке?
— Да, — я пренебрежительно махнула рукой. — Ты больше не единственный пожарный альпийского подразделения, кто видел меня обнаженной.
Тайлер стиснул зубы.
— Нужно было направить их прямиков в Колорадо Спрингс.
— Тогда не было бы вчерашней ночи.
По его лицу расплылась улыбка, и он нежно потянул несколько прядей моих волос.
— Это политический пожар. Необходима вся возможная помощь. Может, тебе следует остаться здесь?
Я нахмурилась.
— И что мне делать? Фотографировать цветочки? Штаб? Джоджо будет не довольна, если я не поеду с вами.
— Там абсолютно другое командование. Решение зависит не от одного Чифа. Тебя могут не допустить в горы.
— У меня есть журналистский пропуск. И я могу отправляться туда, куда захочу.
Тайлер выдохнул смешок.
— Не совсем.
Я провела расческой по влажным волосам.
— Боже, ты такая красивая по утрам.
— И больше никаких странных комплементов?
— Я никогда не делал
Тайлер улыбнулся, увидев, как выдавливается паста на зубную щетку. Я ткнула в его сторону зубной щеткой.
— Даже не думай. Здесь команда.
Тайлер принял несчастный вид.
— Они только приехали.
— Но также являются членами команды.
— А может ты услышала его акцент и внезапно перестала быть заинтересована в наших отношениях.
Я сморщила нос.
— Ты серьезно?
Он пожал плечами.
— Цыпочкам он нравится. — Затем вышел, и я со всей яростью начала тереть зубы, словно наказывала их.
Мы собрали вещи, и Тайлер уведомил Чифа о прибытии австралийцев. Парни погрузились в лесохозяйственный грузовик и отправились на сто тридцать миль на юг по шоссе до Колорадо Спрингс.
— Приятель, как долго займет дорога? — Спросил Джек.
— Около двух с половиной часов, — ответил Тайлер. — Примерно.
Джек какое-то время устраивался поудобнее, и я обернулась к нему.
— Должно быть, вы устали с дороги. Когда прибыли в город?
— Вчера, поздно ночью. И с утра сразу заехали к вам, — ответил Джек. На его лице постоянно красовалась улыбка, делая его моложе, несмотря на внушительную мускулатуру.
— И сразу с места в карьер? — Задала новый вопрос я.
— Что ты имеешь в виду, дорогуша? — Уточнил он.
Я засмеялась, предвидя интереснейшую поездку. Мы оба разговаривали на английском языке, но сленг становился настоящей преградой.
— Только то, что вы приступили к работе сразу по прибытию.
— Мы уже привыкли, — ответил за него Лиам.
Я посмотрела перед собой и поправила ремень безопасности. Руки Тайлера стиснули руль с такой силой, что побелели костяшки пальцев.
— Что с тобой? — Спросила я. Мы сидели в кабине грузовика, но болтовня австралийцев и шум двигателя заглушали то, что не предназначалось для посторонних ушей.
— Вспомнил сегодняшнее утро.
— Ты не единственный, кто видел меня без одежды.
— Знаю, — заметил он, закрыв глаза. — Знаю, но раньше не был тому свидетелем.
— Ты должен перебороть себя, — сказала я. — Тебе придется работать с этими ребятами.
— Я, наверное, мог бы перебороть, если бы знал, что между нами происходит.
Я поморщилась, застигнутая врасплох его внезапной яростью.
— Не в твоем стиле обсуждать подобное.
— Вообще-то, в моем. Просто я пытался быть терпеливым.
— И что изменилось? — Спросила я.
— Терпение человека имеет свои границы.
— Что ты подразумеваешь под этими словами? Я пропустила какой-то мнимый срок, о котором даже не имела представления? Два часа назад все было замечательно. Почему теперь ты так злишься?
