Прайвен лишь приподнял кончик брови, а девушка, вздрогнув, дрожащими пальцами уже начала расстегивать пуговички на белоснежной сорочке. Она то и дело тихо всхлипывала, с силой прикусив губу, лишь бы не разрыдаться в голос.
Когда, наконец, служанка замерла, спустив сорочку и нательное бельё до пояса, император вместе с принцем на руках подошёл к ней. Девушка зажмурилась, старательно уговаривая себя не дёргаться, когда мужская рука потянулась к её груди.
— Видишь, Рейлин? — Пальцы императора с силой сжали нежно-розовый сосок. — У неё и правда нет молока.
— Она его украла? Или сломалась? У Эрин всегда есть молоко!
— Для того, чтобы было молоко, она должна родить.
— Но почему тогда у мамы нет молока?
— Оно есть, но грудь твоей мамы принадлежит только мне.
— А какая мне?
— Любая, которую захочешь, маленький жадина! — Император рассмеялся, опуская сына на землю. — Пойдём к маме?
Мальчик, схвативший отца за руку, кивнул. И, смерив служанку уничижительным взглядом, вздёрнул нос повыше. Девушка мелко дрожала, не смея прикрыться или поднять голову, пока венценосные особы не уйдут из комнаты. Услышав топот принца, она было перевела дух, но тут от двери раздался насмешливый голос императора.
— Отныне ты прислуживаешь в моих покоях. Вечером увидимся.
Ноги девушки подкосились, стоило мужчине отойти на пару шагов вглубь коридора. Плечи задрожали, но, уже зная, что за слёзы получит лишь плети и отсутствие ужина, девушка заставила себя встать на ноги.
Нольвена, мать империи и наследников престола, укачивала плачущего Розейна. Мальчик, хоть и не был капризным, как его старший брат, иногда выдавал такие фортели, что ей хотелось всыпать ему розг. Женщина бросила взгляд в колыбель, стоящую у окна, и фыркнула.
Слава Богине, что ей не приходится нянчиться с детьми сутки напролёт! Только за это она была благодарна семье, что буквально впихнула её в руки императорской семьи. К тому же, Прайвен не разочаровал, став правителем. От мысли, что она могла выйти, например, за Перрина, ей становилось дурно. Если она правильно помнила, жену второго принца повесили, после чего насадили тело на кол, пробив беременный живот насквозь. Из всех родственников Прайвена повезло — если можно так сказать — только детям. Их просто напоили быстродействующим ядом перед казнями родителей, после чего тела были сожжены магическим пламенем. Императрица втайне радовалась, что после третьих родов целители объявили ей, что она больше никогда не сможет забеременеть из-за проведённого ритуала и фактической потери матки. Пусть. Зато её мальчики будут воспитаны так, что никогда не поднимут друг на друга оружие. Всего-то надо убедить Рейлина в том, что Розейн станет ему отличным подспорьем. А младшего отправить на обучение военному делу, чтобы даже думать не смел о троне.
Равнодушный взгляд скользнул по колыбели, где лежала новорожденная принцесса. Нольвена не чувствовала к этому ребёнку ничего, кроме брезгливости. С другой стороны, именно благодаря этому ребёнку выживут её мальчики…
— Мама!
— Тише, Рейлин. — Императрица улыбнулась. — Зачем ты так кричишь?
— Папа пришёл!
Прайвен, улыбаясь, забрал у жены младшего сына, который тут же сонно заворочался, потирая глаза кулачками. Минут через десять, когда император вдоволь натискался с детьми, их увела кормилица. Проводив взглядом принцев, Прайвен повернулся к колыбели. Подошёл ближе, склонился над ней, заложив руки за спину, словно боялся даже случайно коснуться. Малышка тут же проснулась и, шумно вздохнув, смотрела на императора. Мужчина нахмурился. Глаза, светло-серые, как у всех Астален, но зрачок был затянут пеленой, как у слепых.
— Она что, урод?
— Нет. Целители сказали, что это последствия ритуала. Ребёнок здоров.
— И у неё всегда будет эта жуть вместо глаз?
Нольвена пожала плечами. Её не интересовала эта девочка, даже родись она и вправду уродкой. Впрочем, судя по вердиктам целителей, полноценной её назвать всё-таки было трудно. Из-за ритуала, который перенёс плод из одной утробы в другую, магические каналы ребёнка были просто разорваны. И, естественно, за остаток времени, сколько она носила дочь Киэры под своим сердцем, организм не успел восстановиться. Так что магом ей не стать. Ущербная принцесса.
Прайвен скривился, глядя на ребёнка. Он хотел, чтобы Киэра понесла сына. Пусть бы он был калекой, как и эта девчонка, но хотя бы мальчик. А эту разве что сбагрить замуж, чтобы посильнее привязать к империи кого-нибудь из соседей. Но кто позарится на уродку с такими глазами?
— Хорошая работа, Нольвена.
— Всё для вас, мой господин. — Женщина склонила голову и бросила взгляд на девочку. — Что прикажете делать с ребёнком?
— Выдели ей покои где-нибудь подальше от принцев, не хочу, чтобы они видели это уродство. Ну и всё как обычно: кормилица, служанки… Не балуй, для этого есть сыновья. Ей надо быть послушной, только и всего. Впрочем, ты и сама это знаешь.
— А обучение?
— Хм… Она наверняка не будет магом, так что обойдётся грамотой и прочими науками, что нужны девке. Сильно умную замуж никто не возьмёт.