— Тут немного неприбранно … — проявил замечательные способности к наблюдению наш принимающий.
— Ничего страшного, нам это не слишком помешает, — подал голос я.
Мне индифферентно, Мила положила на колени папку, поверх которой разместила лист, на котором и будет стенографировать, так что пофиг.
— Тогда, господин Терн, не могли бы вы меня просветить в суть вашего визита? — на голубом глазу выдал этот тип, расположившись за столом.
— Посольства, — буркнул я, судорожно пытаясь понять, что вообще тут происходит. — Господин Суторум, я не вполне понял суть вашего вопроса. Вы, если мне память не изменяет, мандатированны департаментом посольских дел Полиса, — на что последовал кивок и даже бумажку мне сей тип протянул, с вполне обозначенными делегированными полномочиями. — И они вам не сообщили? И вы не понимаете? — недоумевал уже я.
— Кхм, как бы вам сказать, господин Терн… да, не понимаю, — выдал собеседник. — Есть эфирная связь. Которой мы с рядом коллег из Вильно меняемся данными, кстати должно отметить, что коллеги проявляют небывалую щедрость, — задумчиво отметил он.
— Не откажетесь ли сообщить, в каком смысле «щедрость»? — заинтересовался я.
— В смысле деталей своих разработок и изысканий, — ответствовал Морсгент. — Не требуя ничего взамен. Ну да не суть. Я просто не понимаю, в чём будет заключаться наше «сотрудничество», — продолжил он. — как я понимаю, платить за наши разработки академия Вильно не намерена, — выдал этот тип.
— А они столь ценны? — отернился я. — Господин Суторум, я ознакомился с «вашими разработками», — продолжил я. — И обнаружил: ряд решений чуть ли не на век отстают от современной научной мысли, — не без яда продолжил я. — При этом, — не дал себя перебить я, — Практическое воплощение и решения в ряде моментов вполне интересны. Но уж простите, «платить» за это? А за представляемые Академией Вильно данные платить не желаете?
— Желаем, — огорошил меня тип. — Но лишь в случае, если информация представляемая нашими коллегами будет эксклюзивной, — важно покивал он.
— То есть, вы хотите перевести весь информационный обмен к этакому монетизированному варианту? — осведомился я, на что собеседник довольно покивал. — А межполисные связи?
— А они-то тут причём? — с недоумением уставился на меня усач. — У нас с Академией Вильно денежное дело. Какое отношение политики к этому имеют?
— Может то, что Академия Вильно находится на обеспечении Полиса и является структурной организацией Полиса? — вопросил я.
— Ах да, простите господин Терн, я и забыл, что у вас этот анахронизм, — выдало это чудо.
— Анахронизм, господин Суторум, деньги за каждый чих ждать, — отернился дипломатичный я. — В ситуации сотрудничества Академий, Вильно имеет базу теоретических знаний, которые вы, с вашей " просвещённой " монетарной политикой просто не сможете провести. Денежек не хватит, да и не даст их никто. И вот, вам предлагают доступ к этим знаниям, получая взамен часть практических результатов. Причём вложенные Вильно средства порядково превышают результаты ваших исследований. Что ж, хорошо. Давайте говорить на понятном вам языке денег, — оскалился я.
— Мне кажется, господин Терн, вы неуважительно относитесь к разумным порядкам нашей Академии, — прищурился на меня собеседник.
— Почему же, мистер Суторум, как можно не уважать каменные топоры, наскальную живопись, ну и прочие милые особенности старины, — оскалился я, возвращая «анахронизм».
— Дуэль, тотчас, — с каменной мордой выдал собеседник, чего я, собственно и ждал.
Вот и посмотрим, насколько этнографы нашей Академии разобрались в психологии этих «деловых людей». Судя по данным, мне этот бред только поможет во взаимоотношениях. А риск невелик, прямо скажем.
— С тем, что на нас сейчас? — уточнил я, на что последовало эфирное возмущение в мой адрес, завязанное мной бантиком, с ехидной улыбкой.
— Именно так, — с недовольной мордой, что не дали сунуть нос, куда не звали, ответствовал собеседник.
— Какие-то ограничения? — заботливо полюбопытствовал я.
— Никаких, — буркнул Морсгент. — Следуйте за мной.
Ну и последовал я, как и Мила. Последняя будучи в милые особенности места нашего пребывания посвящена, не слишком волновалась, но всё же волновалась. По плечу меня по пути погладив, на что я ответил кивком и улыбкой.
Спустились мы в просторную прихожую здания, где парочка местных, один из которых был явным терапефтом, со скучающими мордами лиц выслушали о дуэли, равнодушно кивнули. Ну а я саквояж Миле передал, да и тоже девочку незаметно по плечу погладил. Чтоб не беспокоилось. После чего мы с моим… оппонентом заняли места с разных сторон металлического круга, дюжины метров диаметров. Круг вздрогнул и начал опускаться вниз, насколько я понял, стандартное «дуэльное» место, а спуск производился с целью обезопасить зрителей, которых, по совести и не было ныне.
Опустившись на три метра круг остановился, один из типов вопросил, готовы ли мы и возможно ли примирение, на что мы дружно головами покивали-помотали. После чего раздался противное дребезжание, символизирующее начало дуэли.
