— Леди Агнес и двое ее помощников свято верят, что спорт — лучший способ применения юношеской энергии. — Он позвонил в колокольчик сбоку от широкой входной двери. — В этом крыле находятся ее личные покои, а остальная часть дома отдана под классы, и теперь в задней части есть еще квартиры для мальчиков. Когда я ушел из школы, их только начинали строить.
Через пару минут пожилой дворецкий с невозмутимым выражением лица открыл им дверь. Он показался Гордону знакомым, однако имя не всплывало в памяти.
— Сэр, мадам. — Дворецкий отвесил легкий поклон, какой подобал незнакомым людям в дорогой одежде. — Чем я могу вам помочь?
— Я бы хотел видеть леди Агнес, если можно, — ответил Гордон. — Скажите ей, что вернулся Плохой Пенни.
Не моргнув глазом, дворецкий впустил их в дом и проводил в небольшую гостиную справа от входа.
— Я посмотрю, может ли ее светлость принять вас.
Калли села в кресло, а Гордон принялся расхаживать по комнате. Он надеялся, что любопытство заставит леди Агнес прийти и посмотреть, кто бы это мог быть. Она обращалась с ним хорошо, но Гордон не отвечал ей тем же. Кто-то мог бы подумать, что ему было удобнее вести себя плохо, поскольку он провел в этом состоянии всю юность, но леди Агнес была другой. Ее он уважал.
Примерно через пять минут послышались решительные шаги, и в гостиную быстро вошла леди Агнес. Эта женщина была не из тех, кого можно не заметить — высокая, властная. В волосах было больше серебряных прядей, чем во времена, когда Гордон учился в школе, но в остальном она выглядела женщиной без возраста.
— Я гадала, который из плохих пенни это может быть.
Гордон поклонился. Он снова чувствовал знакомый страх школьника перед директором, который всегда умел скрывать.
— Леди Агнес!
Она остановилась в дверях.
— Лорд Джордж Одли! Какой приятный сюрприз! — Леди Агнес перевела взгляд на Калли. — А это…
Калли поднялась и улыбнулась!
— Добрый день, леди Агнес. Я миссис Плохой Пенни. Или, наверное, лучше сказать леди Джордж Плохой Пенни.
Леди Агнес рассмеялась и крикнула через плечо:
— Подайте напитки, пожалуйста! Меня ожидает долгая и интересная беседа с Плохими Пенни.
Она жестом предложила им сесть, однако Гордон остался стоять.
— Леди Агнес, вероятно, вас подводит память. Мне говорили, что я считаюсь вашей личной неудачей. И я пришел извиниться, к сожалению, с большим опозданием.
— С моей памятью все в порядке. — Директор школы, шурша юбками, села на диван. — Садитесь, мой мальчик. Где вы услышали, что вы якобы моя неудача? Лично я никогда подобного не говорила.
Невольно улыбнувшись на обращение «мой мальчик», Гордон сел на тот стул, с какого ему было хорошо видно обеих женщин.
— Я услышал это от однокашников, с которыми недавно встречался в Лондоне. Никто из них это описание не оспаривал.
Леди Агнес вздохнула:
— Вы всегда были одним из самых трудных учеников. Когда сюда прибыли, вы были похожи на щенка, которого так часто били, что теперь он никому не доверяет. Вы умели только кусаться. Однако мне казалось, что, находясь здесь, вы постепенно становились лучше. Или я ошибалась?
— Нет. Но, когда покинул школу, я был далек от того, чтобы по-настоящему исправиться.
— Я всегда думала, что проведи вы тут еще год, у вас бы все наладилось и вы были бы готовы общаться с миром на своих собственных условиях.
Гордон вспомнил того мальчика, которым был, и то, как он неохотно, но все-таки постепенно начинал уважать школу и одноклассников.
— Наверное. Я тогда начинал понимать, что мне нужно измениться и перестать со злостью биться о каменные стены.
— Я тоже так думала. — Леди Агнес развела руками. — Но вы уехали на летние каникулы и больше не вернулись. Я получила от секретаря вашего отца короткую записку, что вас забирают из школы, потому что вы погубили юную леди благородного происхождения и вами занимаются. И мне предлагалось ответным письмом вернуть деньги, уплаченные за ваше обучение.
Калли молча слушала их разговор, но после этих слов ее глаза широко распахнулись, она соскользнула на край стула.
— Возмутительно! Та «юная леди благородного происхождения», которую Гордон якобы погубил, это я. А «погубил» он меня тем, что предложил законный брак, чтобы меня не выдали замуж за незнакомого мужчину втрое меня старше. За человека, который позволил бы моему отцу избавиться от меня, да еще с выгодой.
Леди Агнес пристально посмотрела на Калли:
— Я была уверена, что за этой историей крылось нечто большее. Если вы не против рассказать, обещаю вам, что дальше меня это не пойдет
Калли взглянула на Гордона, и он кивнул. Леди Агнес отклонила его извинения, однако она заслуживает узнать правду.
— Чтобы спасти меня от нежеланного брака, Гордон предложил мне сбежать в Гретна-Грин, — объяснила Калли. — Может, в свете и сочли бы, что моя репутация погублена, но для меня это было спасением.
— Значит, вы двое с детства любили друг друга?
