Куда пойдет в этом глухом незнакомом месте, когда вырвется на волю, она пока до конца не продумала. Куда-нибудь… Сейчас главное — вырваться за пределы дома.
Раз существует постоянная, наезженная дорога, значит есть те, кто ею пользуется. Следовательно, где-то рядом находятся люди. Дойти до них, обратиться за помощью. Георгия выдавать не будет, пусть живёт спокойно. Не нужен грех на душе… Скажет, что заблудилась, отстала от своей туристической группы. Попросит довезти до большого селения.
Только вот… с таким внешним видом, в этой обуви и одежде она мало похожа на туристку…
Ну и пусть! Пусть не поверят в эту легенду, лишь бы помогли доехать до города. Там купит всё, что необходимо и улетит к себе.
Главное, не забыть в спешке паспорт, в нём лежит пластиковая карта, на ней есть деньги. Она вернётся домой!
Пока всё складывалось неплохо, шанс на скорое освобождение был.
И в её глазах затлел осторожный огонёк надежды. Обречённость и горечь, выжигающие изнутри, незаметно исчезли. Она жила предвкушением свободы.
Перед сном, закрытая в своей опостылевшей тюрьме, пленница каждый день представляла, что будет делать после освобождения.
Почему-то больше всего хотелось просто идти и идти по улице. Бесконечно. Сколько смогут шагать ноги… И смотреть на дома, деревья, машины, людей. На движение…
Мечтала зайти в огромный торговый центр, подняться на прозрачном лифте на последний этаж, подойти к краю балкона, замереть и с высоты созерцать и впитывать сверкание ярких огней, нескончаемые шумы и звуки хаотичную перемещающихся людей. Запахи фаст-фудов, духов и новой одежды. Смех, стуки и музыкальные переливы, доносящиеся из развлекательных комплексов…
Обязательно увидит самого дорогого и любимого человека. Они встретятся, будут долго гулять по Москве и разговаривать. Он пожалеет, поможет успокоиться и посоветует, как вернуться к прежней жизни.
Всё встанет на свои места. Всё будет хорошо!
Георгий, чутко следивший за эмоциями ненаглядной пленницы, расценил изменения в её настроении по-своему.
Он посветлел, разгладилась грозная складка меж бровей. И нежно, ободряюще улыбался, встречаясь глазами с девушкой. Будто бы тихо ласкал её своим влюблённым взглядом.
Даже голос стал другим, когда разговаривал с Юлей. Более низким, бархатистым, интимным.
И эти гипнотические интонации вдруг отозвались в узнице особенным, первобытным, неведомым ей зовом. По тающему телу разливалась необъяснимая, волнующая вибрация. Лицо полыхало, сердце билось в новом ритме, даже дыхание менялось.
Она отворачивалась, чтоб мужчина не заметил её ненормальное состояние. Путалась, терялась, не помнила что делала… Хотелось отложить всё и смотреть на него…
Собственные странные ощущения пугали больше, чем отношение Георга.
В плену ей постоянно снился один и тот же кошмарный выматывающий сон: она вырывается из тюрьмы и бежит, бесконечно долго бежит по дороге. И никак не может удалиться от этого мрачного дома.
За спиной погоня. Страшное, бесформенное, гигантское чудовище в два прыжка настигает, жёстко и обречённо накрывает беспросветной душащей тьмой. Смертельный парализующий ужас… Мгла… И больше ничего…
Неожиданно в последнее время этот пугающий сон трансформировался.
Она снова видела себя на той бесконечной дороге. Снова страстно мечтала вырваться.
Но вместо пожирающего её жуткого, губительного тумана, ощущала себя внутри невесомой светящейся сферы, сущности… В полной безопасности.
Вокруг была безграничная всеобъемлющая любовь… Умиротворение, забота, понимание… Как второе Я, как надёжная, сильная часть, неотделимая половинка самой себя.
И никуда не хотелось бежать, она понимала, что уже спасена, уже под защитой.
Уже ДОМА, в тепле, объятая, пронизанная обожанием. И не одинока…
Сон успокаивал, убаюкивал, с ним не хотелось расставаться…
Чувствовать себя в надёжном коконе из любви и блаженства было сладостно и непривычно. Тревоги и опасности находились вне его, снаружи…
Чтобы они не дотянулись до девушки, нужно было просто уютно свернуться, довериться и не выходить за границы тёплого, радушного света…
Подсознание подсказывало, что ласковый образ из изменившегося сна имеет мужское начало…
Юля упрямо доказывала себе, что в роли неведомого покровителя, ей снится московский возлюбленный… И с недоумением понимала, что это не так.
Причудливыми, непокорными трезвому, противящемуся сознанию путями, сонные грёзы на роль спасителя выбрали того, кто являлся в реальности главным и опасным врагом. От которого она и жаждала вырваться!
Почему? Почему именно Георгий?
Какое отношение, каким нескромным образом он так противоестественно и цинично мутировал в её голове?!
А образ кумира таял, отдалялся и не оставлял никаких ощутимых эмоций. Приходилось концентрироваться и возвращать мысли на место. Но они, принудительно покружив вокруг личности возлюбленного, неизменно съезжали к её брутальному надзирателю…
В этот сонный слякотный вечер они раньше обычного разошлись по своим комнатам.
