Ночная духота постепенно сменялась предрассветной прохладой. Кэмпион, боровшийся с сонливостью, вдруг разом взбодрился: до него донесся ужасный звук – подобного ему слышать не доводилось. Тихий, зато совершенно невероятный.
Более всего он походил на негромкий вой, и Кэмпион вспомнил слова Лагга: «Как будто зверь какой-то гудит». Даже находясь среди диких племен, он не сталкивался ни с чем, столь же сильно леденящим кровь. Еще больше пугало, что завывание не было беспорядочным. Звук становился то выше, то ниже, подчиняясь определенному ритму, и к тому же вибрировал.
«Песня» приближалась… И вдруг появилась фигура. Она двигалась не со стороны владений полковника, как ожидали, а от узкого прохода в северной части поляны, и теперь выделялась темным силуэтом на фоне светлеющего неба.
Кэмпион встал, не чувствуя боли в затекших руках и ногах. Существо, несомненно, внушало ужас. Оно, как и говорил Лагг, было очень высокое, но притом совсем тонкое. Голову его увенчивали козлиные рога, а тело казалось карикатурно-уродливым.
Оно приближалось к поляне, не переставая завывать, и вскоре Кэмпион смог разглядеть неведомое существо чуть получше. Его затошнило. «Призрак» двигался с наветренной стороны, распространяя запах гниения, мерзкий и сильный.
Кэмпион выскочил из укрытия. Фигура остановилась и повернулась к нему. Он увидел единственный глаз – отвратительный, затянутый бельмом.
Он стоял, а существо приближалось. Невдалеке заскулил от страха пес. Кэмпион направился на звук, стараясь не слишком удаляться от преследователя. Шаг за шагом он подводил его к западне.
Вдруг фигура бросилась на него, и Кэмпион в ужасе кинулся бежать, однако рогатый не отставал.
Кэмпион промчался мимо пса; он понимал, что его вот-вот схватят. Тут раздался шорох, и в воздухе словно мелькнула гигантская летучая мышь. На того, кто за ним гнался, упала тяжелая сеть, и поляну огласил нечеловеческий вопль.
– Держите пса! – подбегая, крикнул Кэйри. – Не подпускайте его, бога ради!
Рука, в которой профессор держал фонарь, сильно тряслась. Нэб жался к земле под деревом, а Кэмпион склонился над сетью с барахтающейся в ней добычей.
Свет фонарика, ослепляющий после темноты, привел пойманное существо в смятение. Оно перестало вертеться и неподвижно лежало бесформенной лохматой кучей. Только увидев «призрака» в сети у своих ног, охотники осознали, насколько слабой была надежда его поймать. И все же оно попалось – нечто непонятное, скверно пахнущее и уродливое.
С дерева спустился Пек. Его побледневшее лицо покрывали капельки пота.
– Ну и ну… – шептал он себе под нос. – Ну и ну.
Профессор тоже склонился над сетью, а когда заговорил, в голосе его звучало больше радости, чем страха.
– Я так и знал! Я был прав! Это один из интереснейших пережитков прошлого. Знаете, кого мы поймали?
– Женщину, – подал голос Кэмпион.
– Ведьму. Посмотрите. Только тихонько, она, кажется, без сознания.
Очень осторожно профессор стал разматывать сеть. Пек, поборовши страх, что в подобных обстоятельствах уже подвиг, трясущимися руками зажег фонарь.
Сеть аккуратно убрали. Фигура на земле не двигалась.
– Боже праведный! Надеюсь, она не умерла от испуга. – Профессор был всерьез озабочен. – Пек, поставьте, пожалуйста, фонарь вот сюда. Отлично. Посветите еще и моим фонариком.
Теперь их добыча была хорошо освещена, и охотники наконец разглядели чудовище Фарисеевой поляны.
Оно не походило на обычное привидение и, в отличие от такового, при тщательном рассмотрении не стало менее жутким.
Женщина, пожилая, почти голая, если не считать нескольких полос невыделанной шкуры, едва прикрывающих худое желтое тело. На голове – козий череп с остатками шерсти. Лицо закрыто куском меха с дырками для глаз. Костлявые руки вымазаны кровью – зрелище незабываемое.
Профессор осторожно взялся за рога и поднял череп. Кэмпиона затошнило, и он отвернулся. Затем он снова посмотрел и снова испытал потрясение. Ему показалось, что у женщины ненормально огромный лоб. Потом он понял: она совершенно лысая.
Пек хриплым голосом, но с облегчением ответил на незаданный вопрос:
– Это ж старая миссис Манси. Мне ведь мой старик говорил, что она ведьма, да я его не слушал. Ну и ну, подумать только! Я-то считал – сказки.
Профессор достал свой плед.
– Теперь, когда мы знаем, кто она, все гораздо проще. Где она живет? Одна, видимо?
– Не, у ней сын есть, Сэмми, – сказал Пек. Едва выяснилось, что «призрак» на самом деле человек, к молодому человеку вернулась храбрость. – Он диковатый. Да они оба не в себе.
– Можете нас проводить? – спросил Кэмпион. – Это далеко? Женщину придется нести.
– Недалеко. Только вот в стороне от другого жилья.
Кэйри тем временем выпутал миссис Манси из полосок шкуры и завернул в плед.
– Думаю, будет лучше, если мы вначале доставим беднягу домой, а уж потом приведем в чувство. А то еще разбуянится с перепугу.
Пек соорудил что-то вроде носилок из прутьев, которые он вынул из ограды, разделяющей два владения.
– Давайте уложим ее сюда, – предложил он, – и можно идти. Тут и полмили не будет.
