– Одному богу ведомо. Уехал вчера вечером, оставил записку, якобы отправился с визитом. Видимо, он что-то знает.
Профессор, предусмотрительно облаченный в легкий костюм из желтой чесучи и панаму, стоял, поглаживая бородку.
– Альберт так сказал? – уточнил он. – Странно…
– Не похоже на него – отправиться куда-то в такое время, – заметила Бет.
– Видимо, он что-то затевает. – Пенни не хотелось, чтобы о Кэмпионе плохо думали. – Он дал нам с Лаггом очень странное поручение. Мы как раз возвращались. Отвозили красный шелковый мешочек пожилой даме, похожей на изображение Хотэя в вашей гостиной, а по всей одежде у нее зеленые узоры. Она вроде королевы у цыган. Их там полно собралось на пустоши.
У профессора сделались большие глаза.
– Хм, странно… – пробормотал он и погрузился в свои мысли.
– Она-то, полагаю, в курсе его дел, – продолжала Пенни, – в отличие от меня. Сказала что-то насчет завтрашнего дня, как будто он назначил ей встречу или вроде того. Он вообще человек необычный.
Бет собиралась выразить согласие, но ей помешало странное видение, возникшее вдруг у низеньких ворот полевой изгороди. Девушка испуганно вскрикнула, и все трое уставились на взъерошенную фигуру, которая цеплялась за верхнюю планку ворот, чтобы не упасть.
– Вэл! – Бет бросилась к нему, ее спутники тоже.
Молодой человек был смертельно бледен и шатался, словно пьяный. Профессор поспешил отпереть ворота и, закинув руку Вэла себе на плечи, наполовину повел, наполовину потащил его к дому.
– Девушки, не приставайте к нему, – твердо сказал он, пресекая готовый хлынуть поток вопросов. – Он еле живой. Бет, беги вперед, приготовь бренди и воду со льдом. Пенни, милая, дай мне его другую руку.
– Я в порядке, – выдавил Вэл. – Кажется, меня одурманили. Только-только пришел в себя: услышал ваши голоса и поднялся. Я чертов дурень, вот я кто.
– Держитесь. И не разговаривайте пока. – Кэйри провел их в дом через боковую дверь, выходящую на лужайку.
– Нет-нет, ничего страшного, – сказал он перепуганной служанке. – Не беспокойте миссис Кэйри. Просто мистеру Гирту стало нехорошо.
Выдавив «дассэр», девушка исчезла, а профессор повел гостя в библиотеку, где Бет уже приготовила им бренди и воду.
Вэл не смог долго молчать.
– Я добивался – я и получил, – заявил он, опускаясь в глубокое кресло. – Ох! Голова у меня как после полусотни вечеринок.
– Так что же случилось? – разом спросили Бет и Пенни.
– И где Чаша? – добавила Пенни, только что о ней вспомнившая.
Затуманенные глаза Вэла на миг прояснились. Он попытался встать, но обессиленно рухнул в кресло.
– Ее похитили, – проговорил он равнодушно.
Пенни издала какой-то хриплый звук и присела к столу, бледная и дрожащая.
Ее подругу куда больше заботило состояние Вэла. При помощи Бет он быстро пришел в себя и смотрел на нее с благодарностью.
– Я доставил вам столько хлопот. Не помню, как я сюда добрался. Проснулся и услышал ваши голоса.
– Так что же случилось, мой мальчик? – спросил профессор. – Можете вспомнить?
Вэл задумался.
– Я остался у Кэмпиона. Время было позднее, я читал. Чаша лежала в чемодане, а он – у меня на коленях. Глупо, конечно. Спать я не собирался, даже не разделся. Среди ночи, часа в два или три, снаружи раздались дикие вопли. Я выглянул в окно и увидел драку прямо перед полицейским отделением. И тут вдруг за моей спиной – шаги. Значит, у них был ключ. – Вэл помолчал, собираясь с мыслями. – Ну а потом… Черт, голова трещит, плохо соображаю. А потом меня ударили. Но я успел его увидеть и узнал. – Вэл вдруг смутился. – Когда я бедствовал, ел в дешевых забегаловках – ходил в одну такую в Сохо, на Бервик-стрит, рядом с рынком, – я там насмотрелся на всяких сомнительных типов. Кажется, у них есть особая комната позади закусочной. Так вот, этого, который меня стукнул, я не раз там видел. И сразу узнал: у него лицо приметное, нос похож на шишку. – Вэл опять замолчал.
– И вы отключились? – сочувственно спросил профессор.
– Именно. Но, думаю, на пару минут, не больше. Потом я страшно разозлился и бросился его догонять. Вспомнил про ту забегаловку на Бервик-стрит. На улице все еще дрались, я пробежал мимо. Кажется, сшиб полицейского. Мне надо было позвать их на помощь, но я не сообразил. Да им и так дел хватало.
– А что на Бервик-стрит? – подала голос Бет, которая слушала своего героя, широко распахнув глаза.
– Ничего. Я туда ворвался, как разъяренный бык, спросил у хозяина про этого типа. Он сказал мне подождать в задней комнате, и я ждал, злой такой, а потом ввалился здоровенный громила, схватил меня и прижал к лицу полотенце, пропитанное то ли хлороформом, то ли чем-то похожим. Больше ничего не помню. Очнулся в поле, у вашей изгороди, а чувствовал себя словно полуоживший труп. Кстати, какой сегодня день?
– Сегодня вам исполняется двадцать пять, – сказал профессор. – Судя по вашему виду, вы там лежали с самого утра. Хорошо еще, погода сухая.
