– Вот возьми денарии, купи что-нибудь поесть.
Филипп из Тралл взял горсть монет, спрятал в складках одежды и, поклонившись, вышел.
Марция сняла плащ с капюшоном, который натягивала, чтобы ее никто не узнал, повесила его на крюк у двери и вошла в комнату.
Квинтиллиан спал, повернувшись к ней лицом. Дыхание его было тихим, спокойным, кожа больше не горела огнем, как прежде. Марция зажгла еще несколько лампад и села напротив кровати на стул.
После ранения Квинтиллиана он недолго оставался в хибаре христианина Филиппа. Через пару дней Марция сняла домик неподалеку от театра Марцелла – чистый, небольшой, уютный. Когда-то он был частью большого склада, но потом владелец склада разорился, и помещение продали, разделили, построили внутри стены, и получилось несколько прилепленных друг к другу домов. С помощью Нарцисса и трех немых рабов Квинтиллиана перенесли сюда.
Марция старалась навещать возлюбленного как можно чаще, но все равно получалось не более двух раз в неделю, иначе ее отлучки из дворца могли вызвать подозрение. Филипп из Тралл, которого Марция во имя христианского милосердия уговорила переехать в этот дом, быстро привык к раненому и выхаживал Квинтиллиана, словно это был его сын.
Она смотрела на Марка, и на душе становилось тепло и светло. Притворство и ложь остались за пределами этой комнаты – во дворце на Палатине, на улицах Рима. Этот маленький дом словно стоял где-то далеко за пределами всего суетного, злого и несправедливого мира. Последний раз Марция чувствовала такое спокойствие и уют в детстве, в доме своего отца – Марка Сабиниана, который был вольноотпущенником императора Луция Вера, соправителя Марка Аврелия. Марция считала, более доброго и нежного отца не существует на свете. Долго живя при дворе, ее Марк Сабиниан умудрился сохранить честность и порядочность и безумно любил единственную дочь. Отец исповедовал философию стоиков и часто повторял дочери высказывание Марка Аврелия: «Будь подобен скале: волны беспрестанно разбиваются о нее, она же стоит недвижимо, и вокруг нее стихают взволнованные воды». Эти слова Марция пронесла через годы своей жизни, как главный завет. Отец мало верил в богов и потому легко допустил к дочери раба Гиацинта, исповедующего христианство, ведь он считал эту веру еще одной философской школой. Гиацинт воспитывал маленькую девочку в духе любви и сострадания. Этот человек тоже всегда вспоминался Марции, как только она думала об отце. Вера Гиацинта была сильна. Вера делала его непоколебимым, одухотворенным и это очень нравилось Марции. Часто бывая при императорском дворе, она не раз видела пренебрежение старой римской религией со стороны знаменитых патрициев, их смех над обычаями предков, бездушное выполнение необходимых религиозных обрядов во время празднеств. Боги, изваянные в мраморе, отлитые из бронзы и золота, всюду окружали Марцию, они были красивы и величественны, но холодны и безразличны ко всему, как и положено камню и металлу. А Иисус Христос жил в каждом слове Гиацинта, и казалось, что через грустный, чистый взгляд глубоко верующего раба смотрит на Марцию его бог.
Однажды Гиацинт взял Марцию на собрание христиан в катакомбы за городом. Она увидела мир людей – богатых и бедных, объединенный одной невероятной силой – силой любви к их невидимому небесному отцу. Христиане пели песни, молились, помогали друг другу. Марцию очаровали эти люди, прятавшиеся под землей, чтобы при свете коптящих светильников и факелов побыть всем вместе наедине с их богом. Но тогда она увидела это собрание в первый и в последний раз. Когда христиане расходились, какой-то недоброжелатель выследил их и натравил на них толпу воинствующих приверженцев Юпитера. Много христиан пострадало от побоев. Марция уцелела благодаря быстрым ногам Гиацинта, унесшего ее на своей спине. Марк Сабиниан, узнав о происшествии, строго запретил впредь брать Гиацинту с собой его дочь.
Марция так и не стала настоящей христианкой. Жизнь при императорском дворе исключала возможность соблюдать правила, установленные Христом. Марция жила в роскоши, изобилии, среди знаменитых людей, она рано научилась лгать и притворяться, рано познала половую жизнь и преклонение перед своей красотой. Племянник Марка Аврелия, сенатор и бывший консул Марк Уммидий Квадрат Анниан, сделал юную Марцию своей любовницей. Благодаря этому влиятельному человеку перед Марцией открылись двери в дома самых богатых и великих людей. Ее красотой восхищался сам Марк Аврелий! Коммод постоянно смотрел на нее с вожделением, преподносил дорогие подарки, но она оставалась верной своему сенатору. А когда императором стал Коммод, Анниан вступил против него в заговор, за что был казнен. Марция, как трофей, перешла в безграничное владение Коммода.
