— Только вот отвернем прожектора и сразу откроем ворота, сэр, — сказал первый солдат. — Между прочим, майор, большое спасибо вам за адрес того ресторанчика в Ванхае. Классно провели там времечко и не так уж потратились.
— Но, увы, вы не видели там Сюзи Вонг.
— Кого-кого, сэр?
— Да так, не важно. Займитесь воротами, ребята, будьте добры!
Внутри особняка, в библиотеке, соединенной с кабинетом, сидел за столом государственный советник Эдвард Ньюингтон Мак-Эллистер и изучал в свете настольной лампы какое-то досье, делая время от времени пометки на полях напротив заинтересовавших его мест в документах и докладных записках. Он целиком ушел в это занятие. Но когда зажужжал сигнал селекторной связи, ему поневоле пришлось оторвать взгляд от бумаг и протянуть руку к телефону.
— Да? — Выслушав сообщение, он распорядился: — Само собой, пропустите его!
Мак-Эллистер положил трубку и, с карандашом в руке, вновь взялся за лежавшее перед ним досье. На всех без исключения страницах, которые он просматривал, неизменно повторялись на одном и том же месте наверху одни и те же слова: «Совершенно секретно. КНР. Внутренние дела. Шен Чу Янг».
Дверь распахнулась, и в кабинет ввалился верзила майор Лин Вензу из особого отдела британской разведки в Гонконге МИ-6.
— Все по-прежнему, не так ли, Эдвард? — улыбнулся он зарывшемуся в бумаги Мак-Эллистеру. — Где-то среди этой писанины затерялась та ниточка, за которую неплохо бы нам ухватиться.
— Думаю, я ее отыщу, — ответил государственный советник, безостановочно вороша бумаги.
— Наверняка отыщете, мой друг, что бы это ни было.
— Простите, займусь вами через пару секунд.
— Не спешите, — успокоил его майор, снимая золотые «Ролекс» и запонки. Положив их на стол, он произнес с юмором: — Так жаль возвращать их обратно! Они делали еще более импозантной мою и без того импозантную внешность. Но заплатить за костюм вам все же придется, Эдвард. Он не очень подходит для моего гардероба, хотя для Гонконга вполне приемлем, если даже в него облачится красавчик моей комплекции.
— Да-да, конечно, — молвил рассеянно советник, поглощенный своими мыслями.
Майор Лин уселся в легкое темное креслице перед столом и едва ли не минуту хранил молчание. На большее, однако, его не хватило.
— Не могу ли чем-нибудь вам помочь, Эдвард? — спросил он. — Или, попросту, нет ли у вас для меня какой-нибудь работенки? Неужто так ничего и не найдется?
— Боюсь, что мне нечего предложить вам, Лин. И это — абсолютная правда.
— Рано или поздно, но вам придется со мной заговорить. Так же, как и нашему начальству в Лондоне. Оно знай лишь приказывает: «Делайте, что он велит». Или: «Записывайте содержание всех бесед и полученные вами указания, следуйте его распоряжениям и давайте ему советы». Это вам-то — советы? Не о советах здесь должна идти речь, а только о тактике. Человек из окна пустого кабинета всаживает четыре пули в стену на набережной, шесть посылает в воду и остальные пускает в воздух, — слава Богу, что ни у кого еще не случилось сердечного приступа! Таким образом нам удалось создать ситуацию, которую вы и планировали. Насколько мы можем судить теперь…
— Я нахожу, что дело идет на лад, — перебил Лина Мак-Эллистер.
— Уж не хотите ли вы сказать этим, что вас вполне устраивает та заварушка, которую учинил наш «подопечный»?
— Именно так и следует меня понимать. — Вытянувшись в своем кресле, Мак-Эллистер принялся массировать тонкими пальцами правой руки виски.
— Счет открыт, мой друг! Подлинный Джейсон Борн уже прошел соответствующую обработку и начал действовать. А посему вам придется оплатить лечение одного человека со сломанной рукой и двух других, утверждающих, будто они все еще не вышли из шока, поразившего их после того, как им намяли шеи. Четвертый же по-прежнему находится в таком состоянии, что не может вымолвить ни слова.
— Борн молодчага во всем, что он делает — и что бы ни делал раньше.
— Он все сметает на своем пути, Эдвард!
— Но вы же держали его под контролем, как я понимаю?
— Дело обстояло несколько иначе. Каждую секунду мы ждали, что он вытворит сейчас что-нибудь и в щепки разнесет всю эту грязную комнатенку! Я был ошеломлен, увидев его воочию. Это не человек, а тайфун. Между прочим, почему это ему нельзя показываться в Макао? Что за причуда такая?
— Ему просто нечего там делать. Все касающиеся его в той или иной степени убийства совершались здесь. И здесь же, — в Гонконге, а не в Макао, — пребывают в здравии и благополучии клиенты того мерзавца.
— Как у вас это принято, вы так и не ответили на мой вопрос.
— Посмотрим на все происходящее под другим углом, и тогда окажется, что я многое мог бы сказать вам в ответ на ваш упрек. Хотя бы то, что вы и так достаточно хорошо осведомлены обо всем, раз сумели столь искусно разыграть нынешней ночью целый спектакль, где выступили в роли тайпана, чью молодую жену убили в Макао вместе с ее любовником. Ну и как, есть еще претензии?
