К тому же пенсионное бюро, созданное в рамках Департамента внутренних дел, не отличалось точностью работы. Его руководитель Джеймс Тэннер щедро раздавал пенсии. Не раз его и его сотрудников обвиняли во взяточничестве. Ни один случай взяток не был доказан, но тот факт, что доверчивостью Тэннера пользовались мошенники, был очевиден. Гаррисон уволил Тэннера, заменив его Грином Роумом, бывшим бригадным генералом, а затем членом Палаты представителей от штата Иллинойс. Его также обвиняли в злоупотреблениях, но скорее по инерции. Во всяком случае, некоторый порядок в пенсионном деле был наведен. Тем не менее Гаррисона упрекали с обеих сторон: активные республиканцы — за нищенский характер пенсий и бюрократическую волокиту в их оформлении, демократы — за безрассудную трату государственных средств.
Другой актуальной проблемой оставалась тарифная политика. Гаррисон, как и другие республиканцы, на протяжении многих лет высказывался, в противоположность демократам, за сохранение высоких ввозных пошлин, которые позволили бы за их счет добиться более интенсивного развития американской индустрии, улучшить внутреннюю инфраструктуру, понизить внутренние налоги.
Один из ведущих членов Палаты представителей Уильям МакКинли и сенатор Нельсон Олдридж внесли законопроект, повышавший и без того высокие ввозные пошлины, которые никак не мог ранее понизить Кливленд. В отношении некоторых товаров предлагаемые меры носили запретительный характер, то есть вынуждали зарубежных поставщиков просто отказаться от их ввоза в США. Проект был согласован с президентом. Но он в данном случае попробовал сыграть на настроениях американцев (в том числе оппозиции), возражавшей против повышения пошлин. Гаррисон предложил некоторое уменьшение пошлин и небольшие государственные субсидии тем американским производителям, которые могли пострадать от предпринимаемых мер. Например, сократив пошлины на сахар, предлагалось его производителям давать субсидию в два цента за каждый фунт произведенного сахара. В таком виде закон МакКинли был принят в начале октября 1890 г. Несмотря на смягчения, ввозные пошлины были самыми высокими по сравнению со всеми существовавшими в США ранее. Демократы жестко критиковали закон. Таможенные качели не останавливались.
Республиканская партия и президент всячески демонстрировали, что являются выразителями интересов всего народа. Между тем, в прессе и в кругах экономистов с тревогой наблюдали, что рост крупного капитала приводит к объединению фирм, образованию концернов, охватывающих различные отрасли производства, сбыта, банковской системы. Высказывались опасения, оказавшиеся обоснованными лишь частично, что этот процесс может привести к возникновению монополий, которые будут диктовать не только свой экономический курс, но и оказывать серьезное влияние на политику властей. Буквально истерически на этот процесс реагировали социалисты, которые, впрочем, на массы американцев серьезного влияния не оказывали.
И все же сенатор от штата Огайо Джон Шерман в 1890 г. внес в Конгресс проект закона, провозглашавший преступлением препятствие свободе торговли путем создания трестов. Такие объединения следовало распускать, а на их организаторов можно было наложить высокие штрафы и даже подвергнуть тюремному заключению до десяти лет. Антитрестовские настроения были настолько сильны, что в Палате представителей закон Шермана был принят лишь при одном голосе против, а в Сенате единогласно. В то же время представители АФТ указывали, что некоторые положения закона могли быть использованы против профсоюзов. Гаррисон согласился с этим, но в июле 1890 г. закон подписал.
Хотя вначале предполагалось, что закон будет использован против мощного объединения миллионера Джона Рокфеллера «Стандард ойл» (Standard Oil), реально никакие репрессивные меры ни против Рокфеллера, ни против других объединений приняты не были. На реализацию закона даже не были выделены средства. Его применение ограничилось несколькими незначительными судебными процессами. Закон Шермана прозвали «спящим актом». Так что и в этом вопросе, начав вроде бы активно проведение определенного курса, власти остановились, не развив инициативу. Позже, однако, его применение стало более значительным, когда у власти стояли Уильям МакКинли и Теодор Рузвельт.
