Из США кризис распространился на Латинскую Америку, а затем на Европу. Президент Гувер при всем своем жизненном и государственном опыте оказался не в состоянии осознать, что произошло. Его прошлый практицизм изменил ему, он свято верил в концепцию свободного рынка, способного автоматически преодолевать возникающие трудности. Ведь совсем недавно он предельно оптимистично высказывался в том смысле, что «скоро наступит день, когда нищета будет навсегда устранена для этой нации».
В самом начале кризиса Гувер заявил, что его причина — отсутствие доверия к финансовой системе. Финансисты и экономисты сочли такое суждение поверхностным, не объясняющим существа процессов, приведших к краху. Рядовые граждане просто не обратили внимания на президентскую оценку. Гувер же не считал нужным предпринимать какие-либо меры на правительственном уровне, считая, что кризис уляжется сам собой путем укрепления бизнеса и особенно быстрого развития железнодорожной сети. Былая популярность Гувера испарилась за неделю, в прессе его стали называть теперь человеком некомпетентным, холодным, далеким от людских забот.
Все же он по требованию конгрессменов и общественных кругов вынужден был принимать какие-то меры или скорее делать вид, что принимает их. На следующей неделе после «черного вторника» Гувер пригласил в Белый дом большую группу ведущих бизнесменов и руководителей профсоюзов и обратился к ним с просьбой не допускать остановки работы и сокращения зарплаты, заверив, что экономические трудности скоро окажутся позади. В то же время он был отчасти прав, связывая возникшие проблемы с наплывом в США нелегальных иммигрантов из Мексики и других стран Латинской Америки и распорядившись о принудительной высылке из страны около 2 млн человек, которые оказались в США в результате фактического отсутствия контроля во многих районах на южной границе. Выслано было значительно меньше, от 600 тыс. до 1 млн, и это отнюдь не решило проблему, хотя и уменьшило число безработных. Сам Гувер называл эти действия «программой мексиканской репатриации», политические противники — «этнической чисткой».
Только в 1930 г. правительство стало предпринимать некоторые ограниченные меры по смягчению кризиса, причем сам Гувер продолжал неосновательно верить, что трудности будут преодолены в ближайшее время. В марте 1930 г. он объявил, что самые тяжелые последствия кризиса, в частности в области безработицы, будут ликвидированы за 60 дней. На самом деле Великая депрессия лишь обострялась.
Более или менее существенные меры были приняты только в области сельского хозяйства. Созданный Гувером Федеральный фермерский совет получил средства, необходимые для поддержания цен на докризисном уровне. Закупая продукцию, а затем продавая ее за рубеж по пониженным ценам, государство взяло на себя часть потерь фермеров.
В соответствии с давними установками Республиканской партии Гувер попытался смягчить кризис при помощи резкого повышения таможенных пошлин на ввозимые товары. Через Конгресс был проведен закон Смита — Хоули, настолько поднявший тарифы, что они стали фактически запретительными для многие товаров. Гувер оправдывал эту меру, приведшую к повышению цен на внутреннем рынке, тем, что американские товары становились неконкурентоспособными. Но ответом было повышение тарифов в странах Европы. Между государствами, даже благожелательно относившимися друг к другу, возникало подобие таможенной войны, что еще более обостряло мировой кризис. В самой Республиканской партии проявилась оппозиция повышению тарифов. Влиятельный сенатор Уильям Бора обвинил президента, что именно его внешнеторговые тарифы не позволили быстро ликвидировать кризис. В результате Гувер потерял поддержку части сенаторов от собственной партии.
В некоторых штатах принимались свои меры. Так, губернатор-демократ штата Нью-Йорк Франклин Рузвельт образовал Временную чрезвычайную администрацию помощи, которая финансировалась за счет специального прогрессивного подоходного налога. Ее работа стала примером для подобных учреждений в других штатах. Гувер же ограничился тем, что осенью 1930 г. создал Организацию помощи безработным, которая свела свою деятельность к призывам к предпринимателям расширить прием на работу неквалифицированных и низкоквалифицированных рабочих.
В январе 1932 г. Гувер поддержал и подписал закон о создании Корпорации финансирования реконструкции, которая должна была заняться предоставлением государственных и гарантированных государством займов финансовым учреждениям и железным дорогам с целью оживления их деятельности. Программы администрации смогли предотвратить крах ряда банков, но не привели к экономическому подъему. Несколько эффективнее был закон о чрезвычайной помощи в области строительства, принятый в июне 1932 г., который намечал создание организаций в области общественных работ, финансируемых государством. Это происходило, однако, уже накануне президентских выборов, и реально в бытность Гувера на высшем посту сделано в этой области было немного.
