Выныриваю из воспоминаний. Теперь понимаю, что Соболевы всё время подогревали во мне злость. До самого возвращения в пансион постоянно муссировали тему Марата и Аси, подпитывая мою ярость.
И сейчас я решаюсь признаться в этом Асе.
– Я ревновал! И ревную! Увидел фотки тебя и Марата – и меня словно заклинило.
Позволяю себе взглянуть в лицо девушки. Похоже, Ася озадачена моим признанием.
– Какие фотки?
– В ВК. Марат же приехал на две недели раньше, да?
Она кивает. Потом прищуривается.
– Но на фотографиях нет ничего такого, я их видела. Мы просто общались, гуляли…
– Нет, не просто, – я качаю головой. – Этот мудак влюблён в тебя, Белка. И для него это всё не просто так.
– Но я-то нет! – говорит она возмущённо.
– Да? А когда я увидел ваш поцелуй, мне так не показалось!
Она прикусывает нижнюю губу, чтобы сдержать улыбку. Я взрываюсь:
– Что тут смешного?
– Поцелуй был не настоящим… Это чтобы позлить тебя, – тихо признаётся она.
Вот, чёрт!
Теперь мне вдвойне паршиво. За то, что усомнился в своей Белочке. И за то, что целовал Гордееву. Поцелуи с Никой были весьма настоящими, чёрт возьми!
– Но мне приятно, что ты ревнуешь, – улыбается девушка.
Я с трудом отвечаю на эту улыбку ответной.
Может, лучше признаться, что было вчера в лесу? Лучше уж я, чем сама Гордеева.
– Мы с Маратом просто друзья, – продолжает Ася, пока я варюсь в собственных сомнениях.
Она берёт мою руку и кладёт на свои плечи, заставляя обнять себя.
Она стала смелее. Мне это нравится.
– Замёрзла?
– Немного, – произносит Ася, прижавшись ко мне плотнее.
Я снова делаю глоток латте. Он почти остыл, но всё ещё вкусный. Ася тоже пьёт свой напиток. Как по команде мы ставим стаканчики на землю, и Ася, вытянув шею, сама прижимается к моим губам.
Да, она теперь смелее. И мне очень нравится такая Ася.
Я влюблён в неё, наверное, даже больше, чем раньше.
– Не боишься, что я расскажу твоей Беловой о нас? – шипит Ника.
Пользуясь отсутствием братьев Соболевых, она бесцеремонно села за мою парту. Перевожу на неё бесстрастный взгляд.
– Нет никаких «нас», – отвечаю с ухмылкой. – И Белова не моя, как ты выразилась.
– Хм… Уверен? – презрительно фыркает она, переводя взгляд на Асю.
Та склонилась над тетрадью и что-то усердно там записывает. Мы пришли порознь на этот урок, но перемену провели вместе, спрятавшись в библиотеке. Уже неделю так делаем, правда, всё время меняем локации. Подсобка возле бассейна или гримёрка актового зала… Неважно. Важно, что мы стремимся быть рядом друг с другом. Чертовски близко.
– Ты себе всё придумала, – отвечаю Гордеевой. – Прям зациклилась на мне, чёрт возьми!
Она хохочет.
– Думаешь, Тимур такой дурак, да? И он не видит, что вы вместе? Спешу тебя разочаровать, Кирилл, все всё видят!
Не думаю, что всё так очевидно, ведь мы с Асей ведём себя осторожно. Но всё же…
Гордеева расслабленно откидывается на спинку стула. Её глаза становятся хитрющими.
– Но раз уж ты заявляешь, что вы не вместе, то наверняка не будешь возражать, если я случайно оброню, как хорошо ты целуешься.
Собирается встать.
