Я обернулась и постаралась вырваться из этих странных, навязчивых объятий. К счастью, у того, кто обнимал, совсем не осталось сил, и он чуть было не упал, когда я оттолкнула. Присмотревшись в темноте, я узнала Сэдэо. Японец стоял, пошатываясь и опираясь руками о маленькие перила на невысоком крыльце.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я.
Во мне зарождалась злость. Да как он смеет ко мне прикасаться? И ещё в таком виде?
– Ждал тебя, – еле пролепетал Сэдэо.
– Но зачем?
– Где ты была? Почему ушла тогда?
Что? Почему он задаёт эти вопросы? Я не обязана объяснять ему.
– Это моё личное дело. А тебе нужно возвращаться в свой дом. Другие студенты уже спят. Очень поздно.
Я снова попыталась открыть замок, чтобы поскорее спрятаться от этого типа. Но Сэдэо не позволил мне войти в дом. Он потянул меня за руку к себе.
– Ты мне нравишься, – прошептал японский пианист.
И мои глаза расширились от удивления. Он пьян, не понимает, что говорит.
– Сэдэо, отпусти меня. Быстро. Я терпеть не могу людей, которые…
Боже! Я была не в состоянии произнести ничего больше. Потому что перед моими глазами вновь возник образ отца. Сердце похолодело. Никто и никогда не поймёт то, что я тогда испытала. Душевное состояние – очень сложная штука. Пока не почувствуешь, не сумеешь осознать, каково страдать, жить воспоминаниями и в то же время убегать от них.
– Кто он? – как будто мгновенно протрезвев, спросил Сэдэо.
Я нахмурила брови. Ну почему этот вечер так закончился? Мне только стало немного легче после прогулки с Чон Илем. Я погрузилась в очарование звёздного света, который так мило струился сверху вниз. И тут на тебе, пожалуйста, выслушивай пьяные, глупые речи парня, который с первого дня грубил мне. Почему это происходит именно со мной?
– Кто он? Тот чувак, который сейчас провожал тебя? – повторил Сэдэо и сжал кулаки.
Ах, вот оно что! Он видел меня с Чон Илем.
– А в чём дело? Тебе какая разница?
– Я же сказал. Ты мне нравишься.
– Прекрати нести чепуху. Ты сейчас не можешь нормально разговаривать. Иди спать.
Я со всей силы оттолкнула руку японца и как можно быстрее открыла дверь.
– Думаешь, он к тебе серьёзно относится? Знаменитости часто играют с чувствами людей, – крикнул Сэдэо.
А я молниеносно нырнула в уютный коридор и закрыла за собой дверь. От волнения у меня задрожали руки. Я отдышалась, чтобы успокоиться. И только сейчас заметила Ксу, которая сидела на диване с большим стаканом чая.
– Всё в порядке? – спросила китаянка.
Я неуверенно кивнула. Похоже, что она всё слышала. Это ужасно.
– Там Сэдэо. – Я обернулась и указала ладонью на дверь. – И он в каком-то необычном состоянии.
Ксу рассмеялась и поставила стакан на журнальный столик. Затем подошла ко мне.
– Не волнуйся. Он уже час там стоит. Тебя ждал. В отличие от других ребят, наш японский пианист не умеет пить. Его трудно было остановить, особенно когда он узнал, что ты покинула нашу компанию и неизвестно куда отправилась. Сэдэо пил соджу, думая, что это саке. И совсем потерял голову. Но когда мы все вместе еле дотащили его до дома, то он закапризничал и остался у нашего домика, заявил, что будет ждать, когда придёт Дана. Только тогда пойдёт спать, – сказала Ксу.
– Мне противно от всего этого. Зачем он так сделал? – Я закрыла лицо руками, готовая разреветься от обиды.
Странный японец впутывает меня в свои безрассудные мечты.
– Успокойся. Ты ни в чём не виновата. Это его проблемы. Тебе нечего из-за этого переживать. – Китаянка обняла меня.
– Но такое поведение… – продолжала я, уткнувшись в плечо Ксу.
– И что? – Ксу освободилась от объятий и слегка надавила мне на плечи. – Даже если он в тебя влюбился. Раз ты совсем ничего не чувствуешь к этому человеку, то ты не в ответе за его сердце. Это его жизнь. Пусть подумает, прежде чем при всех болтать всякую чушь.
– Влюбился?
Потом я вспомнила, что Сэдэо говорил: «Ты мне нравишься». О нет! Только этого не хватало.
– Дана! Ты что, правда ничего не замечала все эти дни?
– Нет.
Ксу присвистнула.
– Подруга, когда речь идёт не о музыке, то ты такая рассеянная. Я и ещё несколько человек обратили внимание, как японец смотрит на тебя и злится. Первые признаки любви, – весело проговорила китаянка.
– Я действительно ничего особенного не замечала. Я приехала сюда ради музыки. И не хочу, чтобы мне мешали заниматься ею. Мне не нужна любовь. В свиданиях и прочих романтических глупостях я не вижу смысла, – громко произнесла я.
– Тихо. Ты разбудишь Кэти. Она уже давно спит, – прошептала Ксу. – Я понимаю. И я не заставляю тебя отвечать взаимностью парню, который тебе не нравится. Просто не переживай из-за этого так сильно. Но думаю, что тебе нужно поговорить с Сэдэо и дать ему ясно понять, что у вас вряд ли что-то получится. А то он уже начал страдать от неразделённой любви. Да ещё и ревновать к какому-то незнакомцу. Я слышала.
– Нет никакого незнакомца.
– Но ведь ты с кем-то гуляла этим вечером. И этот кто-то – парень? Я права?
– Да. Но… Он просто друг.
Я не хотела, чтобы кто-то узнал о Чон Иле. И всё из-за Сэдэо и его громкой болтовни. Ненавижу его.
