– Сонхи, говорят, что отец любит дочь больше, чем сына. Мне трудно в это поверить, потому что мне незнакома отцовская любовь. Или, вернее, мне сложно вспомнить, потому что я была тогда маленькой. Я считаю, что родительская любовь должна распределяться равномерно. Каждый ребёнок обязан получать одинаковую порцию внимания. Почему ваш отец ведёт себя так? Ты стала стюардессой, поскольку всегда мечтала летать. И Шин Тэун принял твой выбор, разрешил тебе исполнить мечту. Он поддерживает тебя несмотря ни на что. А Чон Иль хочет создавать музыку. Но из-за каких-то предрассудков отец перестаёт разговаривать с сыном, игнорирует его по полной программе, и всё из-за того, что Чон Иль не остался на месте, а захотел достичь большего. Разве семья не должна радоваться тому, что дети учатся и совершенствуются? Разве родители не обязаны гордиться успехами своих детей? Извини, что говорю это тебе, но ты единственная после Чон Иля, с кем я могу поболтать на английском и поделиться тем, что накипело. Я бы промолчала, если бы не увидела, как вёл себя отец с Чон Илем. Мне неловко и больно. Даже сама не понимаю почему. Сонхи, у вас прекрасная, добрая семья. Если бы у меня была возможность вернуться в прошлое и изменить, подремонтировать некоторые вещи, то я бы это сделала. Поскольку сейчас уже поздно, то остаётся лишь смириться, забыть, заниматься чем-то другим. Надо вовремя налаживать отношения, пока вы все вместе. Время идёт, а груз обид давит и ни к чему хорошему не приводит. Думаю, ты можешь разрешить эту ситуацию.
– А я понимаю, почему ты чувствуешь себя странно. Потому что тебе небезразлично то, что касается Чон Иля. И я очень рада, что именно ты будешь девушкой моего брата. – Сонхи накинулась на меня и обняла сильно-сильно, прижав к подушке.
Сначала я хотела поспорить с ней по поводу последней фразы. А потом решила промолчать. Сонхи начала тихо напевать какую-то песню, в которой мило соединились корейские и английские слова.
– «…Раз, два, три, раз, два, три, раз, два, три, взлетай! Я надеюсь, ты станешь чьим-то сбывшимся сном…» – радостно допела девушка. – Эта песня называется «I am» группы IVE. Обожаю клип, потому что там есть самолёт. А всё, что связано с небом и полётом, – моя стихия.
– Красивые мысли в этой песне, – заметила я.
– Да. Спасибо. Теперь я знаю, что нужно делать. – Кореянка наконец-то освободила меня из объятий и направилась к двери. – Удачи в завтрашнем марафоне! И доброй ночи.
– Спокойной ночи! – ответила я.
Когда дверь захлопнулась, я выключила светильник и залезла под одеяло. Первый день в Чхунджу выдался утомительным. Я всё-таки сорвалась и разревелась перед потрясающим парнем, рассказала то, что так долго хранила в сердце. Сейчас я чувствовала себя дико усталой и свободной. А ещё впервые в жизни узнала, что такое настоящий поцелуй. Лунный свет проникал в комнату, оставляя тропинку на стене. Я закрыла глаза, вспоминая прикосновение губ Чон Иля.
Около десяти часов утра мы с Чон Илем стояли у берега озера Чхунджу в ожидании начала акции «Марафон рек». Меня удивило, что на благотворительное мероприятие пришло немало человек. Волонтёры были во всеоружии. К счастью, инвентарь предоставляли на месте. И я вместе с Чон Илем тоже получила перчатки и пластиковый пакет, в который необходимо собрать мусор на территории.
– Подожди меня здесь. Я скоро приду, – внезапно сказал Чон Иль, надвинув чёрную кепку чуть ли не на глаза.
Я хотела спросить, куда ему нужно идти, поскольку уборка вот-вот должна начаться. Но, увидев его сосредоточенный вид, передумала задавать какие-либо вопросы. Просто кивнула и надела перчатки. Я слушала выступление местных чиновников, прибывших к старту марафона. Всё выглядело торжественно. Мой взгляд автоматически направился вслед удаляющемуся Чон Илю, одетому в салатового цвета худи и тёмно-синие холщовые брюки. Вскоре я заметила, что кореец остановился возле девушки с микрофоном. Немного дальше стоял оператор с камерой. Было похоже на интервью: случайное или запланированное. Только я не знала, стоило ли спрашивать парня об этом.
Через несколько минут Чон Иль вернулся. И я улыбнулась. А почему бы не узнать, где был парень, который мне нравится?
– Куда ты ходил? – шепнула я, когда кореец наклонился ко мне, чтобы поправить лёгкий шарфик на моей шее.
– Я… – задумчиво протянул Чон Иль, словно подбирая слова или пытаясь придумать ответ. – Я ходил узнать, куда нам относить мусор.
– Но я видела, как ты разговаривал с одной девушкой и…
– Дана, ты что, ревнуешь?
– Я? С чего бы?
– Если я разговаривал с кем-либо, то лишь по делу. Уборка начинается.
