— Легкое похмелье. И еще простыл, должно быть, пока бегал за местными конями. Никак не дают себя сфотографировать! Ты не знаешь, у кого они живут?
— Хм... — Эйдан задумался. — Немногие здесь держат коней, но есть, конечно. МакКензи дальше по берегу, пара фермеров в долине. Говорят, есть еще дикие лошади, которые живут в скалах, но это, скорее всего, просто легенды.
— Ну да, нечто вроде морских лошадей. Ясно.
Ни один мускул не дрогнул на лице Эйдана, хотя Дин очень надеялся на реакцию.
— Не подходи к ним близко, а то утащат в море и съедят. Так что, когда ты придешь к нам?
— Может, завтра? Это удобно?
— Да, отлично! Зайти за тобой, или ты хочешь все сделать сам? — Эйдан отломил кусок хлеба и принялся его жевать под внимательным взглядом Дина.
— Даже не знаю... Мне больше всего хочется застать вечер, но наверняка будет пасмурно. Я могу позвонить тебе, это удобно?
— Конечно!— обрадовался Эйдан, просияв. — Вот мой номер.
Он нацарапал цифры на подставке с розовым соловьем и протянул Дину.
— Звони когда угодно: если я занят, то просто не отвечаю.
— Понятно. Кстати, а чем ты занимаешься?
— О, я профессионально вру людям, — хмыкнул Эйдан, — и получаю за это деньги. А если серьезно, то я метеоролог. Одна из самых проклинаемых профессий в этом мире!
— Да уж, — рассмеялся Дин. — Ну, давай, наври мне про погоду завтра.
— Все очень просто: высунешься за дверь и узнаешь. На самом деле у нас тут частая смена ветра, от этого погода меняется быстрее, чем я успеваю за ней наблюдать. Пока я предполагаю, что днем будет пасмурно, в первой половине пройдут мелкие дожди, а потом ветер может смениться и принести разрывы в облачном слое. А если не изменится, то обложит плотнее и зальет на всю ночь.
— Отличный прогноз, Эйдан! Кажется, я понимаю, за что все ненавидят метеорологов. — Дин покачал головой.
— Ну а что я могу сделать, если вероятность смены ветра всего процентов шестьдесят?
— Ладно, забудь. Я выгляну за дверь и все узнаю. Так, пора бы домой, только как я поведу машину?
— Я отвезу тебя, — мягко улыбнулся Эйдан. — Я же без машины и почти не пил.
— Точно! Кстати, почему ты не катаешься на своей красивой машинке? Будь такая у меня, я бы в ней жил, — хихикнул Дин.
— Слишком много внимания привлекает здесь. Не люблю этого, — вздохнул Эйдан, выгребая из карманов смятые купюры. — Эй, девочки, мы все! Спасибо!
— Что-то ты рано, Эйдан.
Подошедшая девушка была похожа на первую очень сильно, но Дин сразу понял, что это другая. Интересно, как их можно было спутать?
— Дела, солнышко! Но я всегда возвращаюсь, ты же знаешь, — Эйдан встал как раз вовремя, чтобы подхватить под локоть качнувшегося Дина.
— Ничего себе у вас соловьи! Голова яснее ясного, а ноги отнимаются! — возмутился он.
— Это с непривычки. Ну и, наверное, потому что ты хреновый танцор. Обычно всех с него в пляс тянет, — объяснил Эйдан, помогая Дину дойти до выхода.
— Я тебе деньги верну, ты не думай!
— Я и не думаю, не нужно ничего возвращать. Считай это компенсацией за то, что наврал тебе про погоду.
Эйдан вел в этот раз осторожно и медленно, ворча, что колымага Дина вот-вот развалится, но, скорее всего, он просто опасался, как бы тому не стало плохо.
А Дин сидел рядом и удивлялся собственному состоянию. Ему было хорошо и спокойно. Может, виноват в том был «соловей», а может, просто стресс прошел, и психика испытывала блаженство. Голова казалась легкой, как воздушный шарик, все тяжелые и мрачные мысли покинули ее, остался только чистый восторг. Эйдан сидит рядом и ведет его машину. Эйдан, который не молчит хмуро и не ненавидит его. Красивый, как древний кельтский бог. И все же... Дин посмотрел в окно, надеясь увидеть море, но пасмурная ночь пожрала его целиком, и только вспышки маяка позволяли понять направление. Что, если легенды не врали и Адам прав? Может ли — хоть на сотую долю процента, на один шанс из миллиона — случиться так, что местные сказания — это не просто волшебные сказки? Дин вспомнил о купленной книге и понял, чем займется по приезду домой.
Зашуршал гравий под колесами машины — наверняка это подъездная дорога к дому.
— Ты как, идти можешь? — спросил Эйдан, касаясь его плеча.
Будто разряд тока прошел от его пальцев, и Дин увидел вдруг куски своего приятного сна. Эйдан целовал его грудь, плечи, нависал над ним, обдавая рваным дыханием. Его руки гладили везде, и Дин жалобно скулил, выгибаясь. Хотелось ощущать его везде на себе, всей поверхностью тела...
— Дин?
— А, да, да! Что-то я западаю, прости.
Он выбрался из машины, придерживаясь за дверцу. Голова немного кружилась, но никаких неприятных ощущений не было. Разве что тяжесть пониже живота намекала на некоторые неудобства.
— Все в порядке? Нужна помощь? — Эйдан уже стоял рядом, держа в каждой руке по несколько пакетов из багажника Дина.
— Думаю, справлюсь. Эй, ты куда столько понес, тяжело же?
— Вовсе нет! Давай дверь отпирай, не стой столбом, — весело отозвался Эйдан.
Дин выгреб камеру и пакет с пуховиком, на ходу натягивая свитер пониже, чертыхаясь и рыская в карманах джинсов в поисках ключей.
