— Тебе здесь нравится? — Эйдан смотрел на него исподлобья, покручивая нетронутую кружку перед собой.
— Ты про паб? Здесь мило, — улыбнулся Дин, слизывая пену с губ и с удовольствием замечая, что Эйдан дергается от этого жеста.
— Я в общем. Про остров, про твой дом, про море.
— Даже не знаю. Что-то очень нравится, что-то — совсем нет.
— Расскажешь?
— Ага, если ты тоже будешь пить и есть, — Дин отломил кусочек хлеба и кинул в рот.
— Да, прости, я задумался! — Эйдан хлебнул из кружки и сделал виноватые глаза.
— Просто мне начинает казаться, что ты какой-то морок или вроде того. Не обижайся.
— Почему это?
— Ну вот сам посуди: я видел тебя на берегу, ты был далеко, но успел домчаться и поймать меня под скалами. Не отпирайся, ладно? А то я сразу чувствую себя буйнопомешанным. Сегодня тоже... объясни мне, что произошло! Как ты распугал этих, в тупике?
— Дин, нет ничего эдакого. На берегу я успел подбежать ближе, а парни сегодня испугались сами, они же трусы по сути.
Эйдан снова приложился к кружке, сохраняя беззаботный вид.
— Вот это мне и не нравится, — покачал головой Дин.
Он едва сдерживался, чтобы не выть умиленно от того, как Эйдан двигается, как меняется его лицо, разбегаются морщинки от улыбки.
— Что?
— Когда мне врут. Недоговаривают, заставляют чувствовать себя дураком, — Дин нахмурился.
Эйдан помолчал, ковыряя твердую хлебную корочку.
— А что, если это делается для твоего же блага? Вдруг правда перевернет твой мир, и он никогда не станет прежним? — вроде как в шутку спросил Эйдан.
— Многие открытия в мире переворачивают сознание, но с этим вполне можно справиться. Не переставать же ради гипотетического спокойствия их совершать? Почему-то все вокруг считают меня кисейной барышней и решают за меня, что для меня хорошо и безопасно, а что — нет. Я чувствую себя... Беллой Свон!
— Кем? — вытаращил глаза Эйдан.
— Ну, «Сумерки», не слышал? Ой да брось ты, никто их не смотрел и не читал, но все в курсе! Нет? Эйдан, ты меня удивляешь. Ну там эта Белла приезжает в далекий город и выясняет, что вокруг тайно живут вампиры и оборотни, все в нее влюбляются и все такое. Подростковая романтическая псевдо-готика.
— Что-то вроде «Алисы в Стране чудес», но для гормональных девиц?
— Не совсем, но суть ты уловил, — усмехнулся Дин. — Все вокруг знают о чем-то, что старательно обходят в разговорах со мной. Адам пытается предупреждать о некой опасности, с трудом выбирая для этого слова, ты вообще ведешь себя как... Боже, да мне сравнить не с чем, просто слов таких нет! Да еще сны эти!!!
Дин грохнул пустую кружку на стол и покачал головой.
— Плохие сны? — глухо поинтересовался Эйдан, глядя в пол.
— Ага, просто ужасные. Ну то есть, во сне все хорошо, а просыпаюсь — и ничего этого нет. И сразу становится плохо.
Дин с затаенной улыбкой наблюдал за Эйданом, и не без удовольствия увидел, как тот вскинулся и сверкнул глазами. Он чувствовал, что ответ на все его вопросы лежит прямо перед ним, как кусок поджаренного хлеба, а он ковыряет его корочку. Стоит только пробиться вглубь...
— Значит, сны нравятся, — коротко улыбнулся Эйдан, взглянув куда-то за спину Дина.
Перед ним тут же нарисовалась новая кружка пива.
— Очень милые сны бывают, да. А вот загадки не нравятся. И когда меня за дурака держат — тоже.
Эйдан тяжело вздохнул, и Дин понял, что на верном пути.
— Почему ты сказал, что не хочешь общаться со мной?
— Я такого не говорил! Только то, что нам лучше не быть друзьями. Это может быть опасно. Ты же видишь, что со мной случаются странные вещи, и я не хочу, чтобы ты пострадал.
— Это из-за местной легенды о надзорной земле? Но, Эйдан, ты не виноват в том, что я упал, и в случившемся сегодня тоже. Такие вещи происходят сами собой, без твоего вмешательства.
— Это не из-за легенды. Разве ты не видишь, не понимаешь, не чувствуешь, почему я...
Эйдан говорил медленно, глядя Дину прямо в глаза. Их руки лежали рядом на стойке, едва не касаясь друг друга.
— Хотите еще что-нибудь? — одна из близняшек оказалась рядом, будто выросла из-под земли.
Эйдан слегка подался назад и убрал руку.
— Пока нет, спасибо.
— Может, сырные галеты? Очень вкусные! — не сдавалась девушка, изо всех сил привлекая внимание Эйдана.
— Нет! Дин, ты хочешь?
Дин покачал головой и печально улыбнулся. Девушку было жаль, она так старалась.
— Хорошо... тогда... позовете, если понадобится что-нибудь, — на этот раз она поняла и тихо отошла в сторону.
Дин разглядывал посетителей в пабе и удивлялся странным мыслям в своей голове. Вон тот низенький господин в зеленом пиджаке — вылитый лепрекон. А эта женщина с длинными рыжими волосами похожа на фею. Что, если все это правда, и весь мир совсем не такой, как Дин привык думать о нем?
— Дед просил поставить тебе на вид: обещал зайти, поснимать на маяке, и не появляешься, — нарушил молчание Эйдан.
Он прятал улыбку, но глаза его ярко блестели, словно Дин сказал ему что-то очень хорошее, враз подняв настроение.
— Да, вчера я болел, а сегодня мой путь лежал в другую сторону, — согласился Дин, обратив внимание, что кружка перед ним снова полная.
— Болел? Что такое?
