Дин услышал стук откинутых прочь алюминиевых банок и сморщил нос. Надо было технично скрыться, потому что в его планы не входило дарение любимого MarkIII вот этим товарищам. Он завернул за ближайший сарай, лихорадочно вспоминая, как сюда вышел. Кажется, вон тот узкий проход между домами... Дин шел так быстро, как позволяли ему ноги. На повороте он быстро обернулся и успел заметить в просвете маячившие фигуры. Парни пошли за ним, кто бы сомневался!
— Эй, мужик, ну ты куда? А поговорить? — подтвердили они его догадки.
Дин постарался прибавить ходу, попутно соображая, с чем готов расстаться в первую очередь. Из ценных вещей с собой был кошелек (с минимумом налички, но с карточкой), новый пуховик, мобильник и камера, за которую Дин рискнул бы и подраться. В Окленде он занимался каратэ, и даже получалось неплохо, но одно дело выходить против такого же мирного парня в зале, на освещенном татами, и совсем другое — в темных подворотнях против нескольких наверняка вооруженных некеров. Тут бы даже Великий Чак постарался сделать ноги прежде, чем принять бой. Где же эта улочка с водостоком? От нее совсем недалеко до людных мест... Интересно, в этой деревне есть полиция или что-то подобное? Дин нервно думал, торопливо заворачивая за углы и все ускоряясь, но где-то он, должно быть, пропустил нужный поворот. Очень ценное наблюдение, особенно если перед лицом внезапно выросла кирпичная стена метра три высотой. Все, дальше дороги нет, он сам себя загнал в ловушку. Молодец, Дин, все правильно сделал! Он повернулся лицом к преследователям и стал прикидывать шансы. Глаза, горло, яйца, колени… Но их пятеро. Никак не успеть. Будь подворотня поуже — они бы не поместились и атаковали не все сразу, а так все очень удачно для них. Вряд ли убьют, но могут покалечить, и, главное, заберут камеру — самое ценное и важное, без чего не получится работать. Дин сжал зубы. Надо попробовать. Без фотоаппарата он как без рук.
— Ну ты чего, мужик? Куда убегал-то? У тебя тут родные чтоль живут, или на поезд опаздывал? — с усмешкой заговорил самый низенький из преследователей.
Дин хмурился и переводил взгляд с одного на другого. Если кинутся все скопом...
— Эй! — окрик сзади заставил парней обернуться, а Дина — затаить дыхание.
Голос показался ему знакомым, но разглядеть человека вдали не получалось.
— О, еще один к нам в гости! Или ты с этим? — один из преследователей развернулся и вразвалочку пошел к новой жертве.
Среди некеров появился просвет, и Дин увидел человека, от присутствия которого сердце начало бешено колотиться о ребра и пытаться выпрыгнуть через горло одновременно. Это был Эйдан.
Он стоял чуть наклонив голову и пристально рассматривал преследователей. Дин готов был поклясться, что видит, как хищно раздуваются его ноздри.
— Я с этим, — подтвердил он хмуро.
— О, шикарно, так давай к нам топай, а то чего вы как целочки жметесь…
Фраза парня оборвалась на середине. Он сразу стал будто бы ниже ростом, замер, свесив руки вдоль тела, и не отрываясь глядел на Эйдана. Потом издал странный звук — икнул или всхлипнул, Дин не разобрал, — и с громким топотом понесся прочь.
— Эй, Билли! Билл, ты куда? Что за…
— А ну вернись, паскуда! Ты мне пива должен!
Оставшиеся парни звали приятеля, но он не останавливался, а бежал все быстрее, странно пригибаясь к земле, пока не скрылся в переулке. Эйдан проводил его взглядом через плечо и повернулся к остальным. Его вид не предвещал ничего хорошего.
Дин замер у стены, затолкав за ноги пакет с пуховиком и прижимая к груди фотокамеру. Он не понимал, что происходит, хотя все видел. Странная тишина навалилась на него — он слышал звук дыханий, стук сердец и шорох камней под ногами. Все прочие звуки исчезли, словно они находились в глубоком колодце. Эйдан медленно пошел навстречу, повторяя жест, который Дин уже однажды у него замечал — такое неторопливое потягивание головы, словно шея стала большая и неповоротливая. Должно быть, парни что-то видели в его взгляде: ничем другим Дин не мог объяснить их поведение. Один за другим его преследователи отводили глаза, опускали головы и поспешно уходили прочь, надвигая кепки пониже на лицо. Зайдя за спину Эйдана, они срывались на бег, повторяя подвиг первого «героя». Вскоре топот ног затих вдали и привычные звуки снова вернулись в мир. Дину показалось, что на секунду он стал слышать очень остро и мог разобрать тихий звон напряженных мышц Эйдана, когда тот повернулся к нему. Дин приготовился испугаться, получить телепатический приказ или почувствовать нечто невообразимое, похожее на то, что случилось с местной бандой, но ничего подобного не случилось. Эйдан был привычным Эйданом, разве что встревоженным больше обычного и не таким хмурым.
— Дин? — осторожно позвал он.
Дождавшись реакции (Дин смог только моргнуть на выдохе), он быстрым шагом подошел и обдал запахом сигарет и водорослей.
— Ты как? Ты не пострадал? Они не поранили тебя?
Голос Эйдана был глуше, чем всегда, это напомнило Дину о том прекрасном сне, когда Эйдан тряс его и спрашивал то же самое.
