Майора прошиб холодный пот. У тридцатого полка не осталось бронетехники – то есть бомбу придется останавливать своими силами. Человек против машины. Ох, и крови будет…
Он покрепче перехватил рукоять винтовки.
Майор Райммерс сердито уставился на Фурнье. Под градусом, что ли? Плевать, и так уже давно зарывается.
– Он мой пленник, не ваш. Я здесь командир и сделаю все, чтобы не допустить бойни среди гражданских.
Фурнье ткнул его пальцем в грудь.
– Не забывайся, с кем говоришь. С губернатором! Так что быстро…
Райммерс отбил его руку.
– Ты пока не губернатор. И подчиняюсь я все равно полковнику, так что предложение Мартина…
Лерой опять выставил палец, но груди не коснулся.
– А я напрямую в Белый дом сообщу. Вашингтону ведь ты подчинишься?
Райммерс стиснул зубы.
– Вперед. Но если что не так, я все равно звоню полковнику.
Фурнье жестом открыл на настенном экране список контактов, только номера не набрал, а подошел к шкафчику напротив и выудил на свет бутылку со стаканом.
У Райммерса кулаки сжались. Так и есть: наглый говнюк теперь еще и пьяный наглый говнюк.
Майор перевел взгляд на пленного Мартина: сидит на стуле, руки за спиной. На удивление затих, хотя только что истерил, чтобы его связали с верхушкой. Жалко мужика. Сепаратист, конечно, и оказался на свалке истории, но не в военные преступники же его записывать…
Позади звякнул кубик льда. Майор повернулся и увидел, как Фурнье со стаканчиком горячительного ждет ответа на звонок. Пришлось долго продираться сквозь череду секретарей Белого дома, и вот экран высветил молодого мужчину в костюме с иголочки, с дорогой стрижкой и фальшивой улыбкой.
– Лерой! Как ваше ничего? Наступление продвигается?
– Я весьма и весьма. С полей доносят, что наступление идет по плану.
Райммерс прикусил язык. «С полей доносят»? Да он этому Фурнье сам и доносит: скормил пару рапортов из боевой подсети, а тот и распушил хвост. Только вот на экране – лощеный вашингтонский крысеныш, который якобы держит руку на пульсе. Можно осадить Фурнье, однако в тираж списывают и за меньшее. Райммерс только молча стиснул зубы, тем и ограничился.
– Я звоню из-за того, что майор Райммерс… – Фурнье указал на него, – что майор сказал лишнего, и пленник как с цепи сорвался. Право, зря мы не заткнули ему рот. – Он бросил кислый взгляд на Мартина. Может, и на Райммерса. Глотнул из стакана и заискивающе улыбнулся. – Майор считает необходимым пересмотреть стратегию. Я готов пресечь раз и навсегда, но все же решил получить подтверждение от Белого дома, что план остается…
И тут, ни с того ни с сего, связанный Майк Мартин выстрелил собой со стула.
– Ваша армия в жилых туннелях! Гибнут гражданские!
Райммерс уже хотел его скрутить, но тот стоял смирно. Майор аккуратно опустил его за плечо на стул.
– Нас забирайте, но простых людей не трогайте! – продолжал Мартин свою тираду. – Солдат стреляйте, берите золото и нас, верхушку, но…
Белый воротничок на экране нажал кнопку, и высветилось «пользователь заглушил вас». Майк не умолкал.
– Но шлюзы не трогайте! Там женщины и дети… – Только тут, видимо, заметил надпись.
Майор смотрел на него, на чиновника. Те двое долго не отдирали друг от друга глаз, и вот со временем вашингтонец включил звук.
– Вы Майк Мартин, верно?
Мартин кивнул.
Тот расплылся в улыбке.
– Как раз на случай такого звонка президент распорядилась кое-что передать. – Уголки губ еще чуточку поднялись. – Готовы слушать?
Мартин попытался сглотнуть, кивнул второй раз.
– Президент сказала, цитирую: «У тебя был шанс. Отсоси».
Улыбка растянулась до ушей. Он на седьмом небе, что первым передал послание, первым плюнул в Генерального-бунтовщика. Вдогонку он тут же состроил якобы виноватую мину, будто сам ни при чем, только передал чужие слова. Райммерс впервые в жизни его видел, а уже кулаки чесались. Мартин побит, сломлен, а этой мрази кабинетной самоутвердиться захотелось?
Вашингтонец посмотрел на Фурнье.
– Еще что-нибудь, Лерой, или прощаемся до личной встречи через две недели?
Теперь впервые за разговор улыбнулся Фурнье.
– Нет-нет, на этом все. Премного благодарен, Крис.
И звонок завершился.
Райммерс посмотрел на Мартина. Его всосало в стул, голова повисла на груди – так выглядит поверженный. Печальное зрелище. Майор не без стыда отвел взгляд.
Генеральные за столом хранили угрюмое молчание. Хавьер бросил взгляд на карты военных действий и поморщился. Подразделения САО точно отмечены значками с численностью, а МК – только предположительно, кое-где вообще только заглушки с вероятностью. Разведка Дьюитта в поте лица разбирала по косточкам полевые донесения, и где гражданские слышат перестрелку, плюс еще всякого по мелочи – только информативности на выходе получалось немного.
