Планшет подал сигнал. Хью опустил на него взгляд и облегченно выдохнул: есть, трастовый фонд ликвидирован. Начал с «Фиделити», но средства должны быть в Лунной торгово-контрактной палате. Тогда закрутилась карусель. Перевод с бостонского счета на швейцарский в «Граубюнднер Кантоналбанк» по маминому коду Бюро экономической безопасности. Затем перевод в «Дуньгуань Кэпитал» и уже оттуда на Луну.
Раньше, в тихой и спокойной квартире, эта схема перевода как будто давалась проще. Когда под боком миротворцы воюют с буйными колонистами, даже привычный алгоритм вкупе с ожиданием – хуже пытки.
Хью отер лоб. Остался последний шаг. Открыв биржевую площадку, он повернулся к Дэйву.
– Еще раз, если ставлю, что там не бой, – он махнул в сторону разбитой витрины, – а на деле мелкая стычка, выиграю шесть грамм без ущерба ополчению?
– Точно.
– А если случайно поставлю, что здесь прорыв…
Дэйв поднял бровь.
– Ну, ты давай осторожнее. Сам деньги потеряешь и ополчение запутаешь. Они почем зря стянут сюда подкрепления.
Хью кивнул и нажал на кнопку.
Дарси зашагала прочь от штаба Конференции мимо полевой кухни, импровизированного склада, мимо жилых офисов, во мрак гулкого недобуренного туннеля.
Вытащив телефон, Дарси отыскала нужный номер и прожала кнопку набора без явной надежды на ответ. Один гудок. Второй. Она взмолилась про себя.
– Приветствую, Дарси.
– Гамма!
– Чем могу быть полезен?
– Мы сдаем. Сильно сдаем, и так дальше нельзя. Время пришло, Гамма.
– Для чего?
– Подрывай бомбы!
– Какие бомбы?
Он всегда такой тугодум?
– Ядерные, с плутонием из миротворческих кораблей, который ты выменял у Даррена. – Дарси глубоко вздохнула. – Взрывай корабли на поверхности, пока резерв не высадили!
– Весьма разумный тактический ход, но увы, я не могу его осуществить.
Уму непостижимо. С каждой секундой потерь все больше, а Гамма вздумал артачиться.
– Поздно в морализаторство ударяться, взрывай!
– Дарси, я…
– Если проиграем, колония отойдет Земле и тебя отключат!
– Я не утверждаю, что отказываюсь по этическим соображениям. Я физически не в состоянии взорвать корабли.
– То есть как?
– У меня нет ядерных бомб.
Селена сняла фотоаппарат со штатива, уложила в сумку и вышла за дверь. Закрыла и в низком тяготении сбежала вниз, одолевая по три ступеньки зараз.
В туннеле было пусто и жутко. В обе стороны на километр – ни души. На форумах все писали из укрытия, машины частью реквизированы, частью спрятаны – и все равно тишина на редкость неожиданная. Селена опять покрутила головой. Так пусто, что Аристилл будто вымер, а ты его последний обитатель. Мороз по коже.
На ближайшей остановке светилось красное «маршрут не обслуживается». Далеко впереди – такая же табличка, мигающая попеременно на испанском и китайском, на следующей остановке.
Селена проверила три транспортных сайта, и, как назло, не открылся ни один.
Вот и как теперь добывать эксклюзив на передовой? Почему не продумала, как будет передвигаться по городу? Она еще раз обвела глазами улицу…
Напротив дома стоял непристегнутый восемнадцатискоростной велосипед Трана, соседа снизу, – он работал курьером. Поколебавшись мгновение, Селена набросала пару слов на бумажке из сумки и сунула под велосипедную стойку: позаимствовала, будет должницей.
Она покатила по тротуару, осваиваясь с тяготением, и активно заработала педалями на дороге. Сумка била по правой ноге и пришлось ее поправить. Десять минут назад на форумах сообщали о крупных столкновениях у грузовых площадок, комплекса «Голдуотер» и у кофейни «Кендо», куда стягивались обе стороны. Туда-то и надо, бой только разгорается и можно запечатлеть побольше. На повороте Селена приняла влево.
Километр спустя послышался шум, а на перекрестке он перерос в четкую стрельбу справа. Громкую и настойчивую. Не прицельный одиночный огонь, а продолжительный треск автоматического оружия. Стреляли, кажется, самое большее через три смежных туннеля. Селена изо всех сил жала на педали.
Вдруг из-за поворота в полусотне метров вылетели обломки в клубах дыма. Селену чуть не опрокинуло взрывной волной. Она еле удержалась, как тут опять ухнуло, и опять долго строчили. Следом хлопнули фонари на перекрестке, и от испуга равновесия как ни бывало.
Поднявшись, Селена посмотрела на ободранные ладони, затем на туннель справа. За секунду стрекотание разрослось до оглушительного рева под нескладный хор визжащих сирен. Хлопнула одна граната, две, три. Из чада вдруг вылетели два небольших гусеничных робота – на Селену и внимания не обратили. Оба смотрели дулами в полотнище дыма, затем открыли огонь. Дым полз, пахло жженой пластмассой.
