К Галине заехали супруги Глебовы, Олег и Ольга, "князья киевские", как шутил Олег Глебов. Они приехали просто посидеть, отдохнуть. С личным водителем и телохранителем, как назвал Олег Максима Севостьянова. После нового года Максим ушел с работы из облисполкома и стал работать личным водителем и по совместительству телохранителем у Глебова. Кормить семью на одну зарплату простого водителя, даже в кооперативе "Ореон", было тяжело. Жизнь дорожала, маленькой Иришке, часто болеющей, нужны витамины и лекарства. Зарплата телохранителя была в несколько раз выше. Когда Олег пригласил его и назвал зарплату, Максим вначале даже не поверил, подумал, Олег Алексеевич шутит. Но и работал он практически без выходных. Даже когда шеф отдыхал, Максим обязательно был при нем, недалеко от него, за соседским столиком, словно тень. Он оберегал отдых семьи шефа. На прошлой неделе в баре "Брно" трое подвыпивших молодых парней стали приставать к жене Глебова Ольге, приняв ее за девушку, и наперебой стали приглашать потанцевать именно с ними. Максим, как тень, вырос за их спиной.
- Пацаны, оставьте женщину в покое, она сегодня не танцует.
Подростки в ответ стали угрожать и выражаться в адрес Максима. Драки не получилось, Максим просто сгреб всех троих в охапку и выбросил на улицу, чем привел в восторг всех отдыхающих в кафе, особенно, разумеется, женщин. Даже охранник кафе, тоже боксер-разрядник, был удивлен.
- Ну, ты, Макс, и даешь! Я даже рта не успел открыть, их одернуть, а они уже в луже барахтаются. Тебе премия причитается и от кафе Иришке на витамины, - Олег Глебов подошел, протянул Максиму крупную купюру: Это премия по КЗоТу, за хорошую работу возможны дополнительные вознаграждения. Мы еще не при коммунизме живем, и деньги пока в стране -главный стимул.
Максим, поколебавшись, деньги взял, хотя стал утверждать зачем, это его работа. Ни в какой ведомости Максим, конечно, не расписывался, и, получая зарплату, там стояли совсем другие цифры. Двойная бухгалтерия, норма для всех кооперативов. Максим, конечно, понимал, что таким образом кооператоры скрывают свои истинные доходы от налогов. Они просто воровали эти деньги у страны, у детей и стариков. Хотя многие проигрывали, прогуливали за вечер тысячи. Это становилось нормой жизни, и Максим не верил, что правоохранительные органы не осведомлены. Железный отмаз: на каждого милиционера не поставишь, это дело совести. Наверное, это так. Может, это сущность русской души, лучше пустить на ветер самому, чем отдать их другим, пусть даже это налоги и по закону они должны поступать в государство, то есть другим менее обеспеченным людям.
Максим, по своей натуре честный человек, видел это и понимал - это становится нормой. Еще работая в облисполкоме водителем Елышева - заместителя председателя по вопросам торговли - Максим видел, что вся работа Елышева была направлена на разделение дефицитных товаров, а дефицитом становилось все. В первую очередь товар шел в магазины, где заведующие были знакомыми Елышева, туда всегда направлялось больше и лучшего качества товара. Сущность социалистического распределения, "каждому по способности, каждому по труду" заканчивалась на таких коммунистах, как Елышев, и таких Елышевых было тысячи по всей стране. Подвыпивший Елышев как-то разоткровенничался со своим водителем:
- Мне, Макс, по душе ближе демократическая западная свобода, чем догма строителя коммунизма.
- А зачем вы вступили в КПСС? - спросил Макс.
- Чего я, враг себе? Я же понимаю, без КПСС я директором магазина хорошего не стану, не говоря уже о работе в облисполкоме. Я и коммунистом себя никогда не называю, а членом партии, - ответил Елышев.
