— Нет. Лия, присаживайся, — подвел меня Нортон к стулу и сам уселся на соседний. — Разговор будет трудным и долгим. Обещай, что сначала выслушаешь, а потом будешь задавать вопросы.
— Хорошо, — обескураженно согласилась я. Капитаны вернулись на свои места. Я приготовилась слушать, но мужчины молчали.
— Рэмиан? — легонько коснулась я рукава сидящего рядом мужчины. Он встрепенулся и, пристально посмотрев на Штондта, будто отдал ему легким кивком головы приказ, потому что после этого Штондт, наконец, заговорил.
— Как вам наверняка известно, госпожа Вэльс, Первый Ковен, построивший купол вокруг Сумеречных земель, состоял из светлых магов, — так гласит легенда. Неизвестно, ошибка ли это или неточность в переводе нашего древнего языка, но абсолютно всем ясно, что светлые маги этого сделать бы не могли, по крайней мере, если мы с нашими предками имеем в виду одно и то же. Сила света — в созидании, сила тьмы — в разрушении. Вероятнее всего, та легендарная девятка была со смешанным даром или же вовсе — вся темная.
Это было очень интересно и любопытно, потому как я никогда не задумывалась над этими вопросами. Легенду о появлении Сумеречных земель и купола вокруг них я знала с раннего детства, она была частью нашей повседневности и, как все будничное, приелась и потеряла таинство. Однако понять, зачем мне эта лекция сейчас, можно было с трудом, и я воздерживалась от вопросов только потому, что пообещала это Нортону. Судя по его мягкой улыбке, на мгновение появившейся на его устах, он это предвидел.
— То, что было запечатано кем-то, может быть легко открыто другим, — продолжал Штондт, — это прекрасно понимал Ковен, поэтому он не распался, а стал постоянно действующим. Сменялись династии, но он оставался неизменным. Маги стали заниматься другими вопросами: следили за преступлениями, совершенными с помощью магии, занимались теоретическими исследованиями, следили за странными выбросами магии. Однажды одним из ковенских магов было сделано предсказание: "В день кровавой луны наследница древности может обагрить своей кровью грань, и зло тогда вырвется наружу". Ковен переполошился, пытаясь разгадать это пророчество, но все было тщетно: сам предсказатель не понимал ни слова.
Век за веком Ковен бился над этой загадкой, потихоньку продвигаясь вперед. Удалось вычислить, когда в нашей империи наступит редкое астрономическое явление — окружение луны чередой звезд, отбрасывающих на нее тень таким образом, что она кажется совершенно красной. Со временем поняли, о какой наследнице идет речь: о женщине, в чьих жилах поровну будут течь дар тьмы и дар света, ибо именно такой же была кровь создателя нежити.
Я в ужасе смотрела на Штондта, будто бы рассказывающего байку у костра, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Нортон, почувствовав мое волнение, сжал мою руку, делясь своей силой и спокойствием.
— Оставался вопрос: что же заточено за куполом? Нежить? Но она и так прорывается в наш мир, это было, бесспорно, злом, но уже привычным и предсказуемым. Построенные крепости Приграничья отлично справлялись со своей задачей, да и промежутки между истончением купола были довольно большими. Разумеется, нежити за годы безумства древнего мага было создано много, ведь Сумеречные земли по размеру сравнимы с соседней Индирой, второй после Ондоры империей на континенте, но это было не то. Год кровавой луны приближался, как вы понимаете, речь идет о 1710 годе нашего летоисчисления, а ответа все не было.
В дело вмешался сам случай: один из членов нынешнего Ковена в университете подружился с талантливым черным магом, который всерьез увлекся легендами о Сумеречных землях. Это был ваш брат, Александр де Вэльс. Он изучил столичные архивы, много ездил по провинциальным архивам, побывал даже за границей, — его друг, разумеется, помогал ему с доступом. Его изыскания привели к результату: в одной из старинных хроник он наткнулся на сделанное вскользь упоминание, что безумный темный маг, увидев во сне собственную смерть, произнес отсроченное заклинание, которое должно было после его смерти всю его магию вместе с частью его души заточить в его перстне — единственном предмете, который подходил для создания артефакта. Нежить, как это говорится в известной всем легенде, не убивала своего создателя. Это сделали девять смелых магов, замкнув первый в истории магии круг силы. В пылу схватки они совершенно не обратили внимания, что выброса посмертной энергии не последовало. Мага похоронили на его же землях, а затем был воздвигнут купол. Так что Александр пришел к выводу, что речь в пророчестве могла идти именно об этом кольце.
— Лия, тебе плохо? — встревоженно спросил у меня Нортон, прерывая рассказ своего, очевидно, друга, раз он так свободно обращался к старшему по званию.
— Все в порядке, — чуть хрипло ответила я. — Продолжайте, пожалуйста.
Штондт смотрел на меня с сочувствием и, получив от полковника утверждающий кивок, вернулся к своему рассказу.
