— Я вас понял, — Глеб прервал его. — Вам необходим напарник. Ну, что же… я согласен.
— Спасибо, — Леопольд Фомич пожал руку Глеба. — Мне, кроме вас, не к кому обратиться. Павел Иванович, сами знаете, в каком состоянии, да ему такой вояж и не по силам… Подготовьтесь, оденьтесь для длительного перехода по тайге. О еде и питье не беспокойтесь.
— Глеб, тебе обязательно нужно идти? — Люся с волнением смотрела на мужа.
— Помнишь… старую советскую песенку, детскую, кажется… «если с другом буду я, а медведь без друга…» — Глеб негромко напел мотив песни. — Так, что я буду другом Леопольда Фомича.
— А если и медведь приведет друга или друзей?
— Дорогая, не волнуйся, медведи — одиночки. Леопольд Фомич захватит с собой ружьишко, чтобы, в случае чего, отпугнуть мишку.
Но доводы мужа не успокоили Люсю:
— Ой, Глеб… не нравится мне все это. А тебе не кажется странным, что Петр убегает на Белую сопку одновременно с пропажей альбома и исчезновением Дормидонта Ниловича?
Глеб задумчиво посмотрел на Люсю:
— А в тебе что-то есть… от детектива. Я тоже об этом подумал.
— Вот, вот, — развивала свою мысль Люся. — Этот Дормидонт, он же очень заметный, своеобразный, ему сложно затеряться в толпе, а Петр — он, как говорится, один из нас, и не привлечет к себе внимания. Может Дормидонт выкрал альбом и передал Петру, а Петр уехал в Лесогорск или еще куда-нибудь…
— Как жаль, что ты пошла в педагогический, полиция без тебя так много потеряла…
— Глеб, ну ты все сведешь на шутку, я же серьезно. Ведь могло же быть так?
— Все возможно под луною. Давай лучше решим, что мне надеть. Моя походная одежда насквозь промокла…
— Придется надеть костюм, в котором ты приехал.
— Придется. Правда, туфли совсем не подходят для девятикилометрового перехода по пересеченной местности.
Когда Глеб в сопровождении Люси появился в холле, Леопольд Фомич уже дожидался его. В охотничьем комбинезоне и мягких высоких ботинках, с рюкзаком и ружьем за спиной, он излучал энергию и, казалось, был не прочь совершить поход по тайге. Глеб же на его фоне в своем дорожном костюме выглядел уставшим и вялым.
— Лео, я надеюсь на тебя. Будьте осторожны, — Елизавета Капитоновна с беспокойством посмотрела в глаза мужу. Леопольд Фомич привлек ее к себе и поцеловал.
Люся крепко сжала руку Глеба:
— Береги себя.
— Конечно, Люся, не волнуйся, — он поцеловал жену и направился к выходу вслед за Леопольдом Фомичем.
Они пошли по уже знакомой Глебу тропе, огибающей озеро в направлении староверов.
— А что… эти староверы действительно там жили? — спросил Глеб.
— Да были тут… женщина с сыном. Говорят, лет пять назад еще были. Мы уже их не застали. Жили там, питались овощами с огорода, держали коз, кур. А как туристический поток стал возрастать, так их стали беспокоить, они снялись с места и куда-то ушли.
— А сейчас это жилье пустует или там обитает этот… Дормидонт Нилович?
— Насколько я знаю, он там и остановился на лето, пока тепло там можно жить, а зимой старику трудно будет одному. Занесет все снегом, не выйдешь никуда, а нужно же питаться, нужны продукты. Зимой тут бывают сильные морозы, в горах ведь живем, необходимо постоянно топить печь, нужно много дров, а где ему столько силенок взять, чтобы дровишками пробавляться? Нет, зимой там прожить одному не реально… Туда три километра будет, и дорога более-менее проходимая, а вот потом придется пробираться еле заметной лесной тропкой, которая пересекается курумником.
— А мы не собьемся с пути?
— Местные ходят и в сторону Белой, и дальше. Да и туристы попадают всякие… есть профессионалы, так они топают и за двадцать-тридцать километров. Полная экипировка, палатки, навигация на случай непредвиденных обстоятельств.
— Я понял, Петра медведь на самую вершину сопки загнал?
— Я не уверен, что это медведь, — Леопольд Фомич рассмеялся, но, встретив недоверчивый взгляд Глеба, добавил:
— Может, и медведь, я ничего заранее не хочу говорить. Бывает, что какой-нибудь шатун проходом и забредет в здешние края, а так, чтобы постоянно тут обитать — нет. Ну, а подъем на саму сопку затруднителен: очень крутые склоны, начисто лишенные растительности, и сам подъем эдак… метров семьсот.
После прошедшего ливня дорогу совсем размыло. Громадные лужи образовали малые озерца и затрудняли движение. Глеб сразу ощутил свое несоответствие походным условиям. Несколько раз он зачерпнул воду туфлями, носки промокли. Один раз нога подвернулась на скользком камне, и он с трудом удержался от падения. Костюм, не рассчитанный на прогулки по лесу, намокал от сдуваемой ветром с ветвей деревьев дождевой влаги. По мере движения лес становился гуще, а тропа исчезала под лужами, и из-за топкой грязи была почти непроходима.
Они шли молча, стараясь сохранять равномерный ритм дыхания, внимательно поглядывали по сторонам, прислушивались к лесным звукам. Но ничего не указывало на пребывание поблизости от них косолапого хищника.
