Взгляд у нее… Ну доверие я уже ожидаю, но кроме него и удивление, и благодарность, и еще что-то, чего я интерпретировать не могу. Оглянувшись же на Ладушку, вижу – она сейчас плакать будет, поэтому сразу же мою милую обнимаю. И хоть было у нее страшное детство, но от эмоций мамы-кошки она, кажется, расплакаться может. У эмпатов это бывает, я помню, потому утешаю мою самую родную на свете девочку. Вот сейчас она успокоится, и мы пойдем защищать котят.
Виктор предлагает мне остаться в рубке, что, по-моему, идея хорошая. Поэтому я усаживаюсь на место дублирующего офицера связи. Это место – дань традиции, потому что совершенно бессмысленное, нет у нас дублирующего персонала, но у флота традиций много, и никто с ними бороться не будет. На традициях стоит флот.
– Вэйгу, доклад, – лаконично запрашивает командир «Марса», по-моему, специально для меня.
– В госпитале размещены двадцать два живых ребенка человеческой расы мужского пола в возрасте от пяти до четырнадцати лет, – начинает доклад квазиживой глава нашей медицины. – Все находятся в первой стадии алиментарной дистрофии, отсутствуют конечности. На коже обозначение «полуфабрикат» на языке Врага.
Я чего только в жизни не насмотрелась, поэтому каким-то чудом сдержаться могу, а вот Витя громко высказывается на традиционном флотском наречии. Я его понимаю, ибо подобное мы уже видели, да все Человечество видело. Интересно то, что здесь только мальчики, – значит, есть и девочки?
– Судя по протоколу звездолета, он использовался для «доставки провианта заказчикам», – выделив голосом последние три слова, высказывается связист.
Он сейчас потрошит блоки памяти звездолета, потому следующая точка нам ясна – то, что в протоколе названо «заготовительной фермой». Если я все правильно понимаю, мозг «Пирогова» был удален, а вместо него воткнут автомат типа «три реле в два ряда», как папа говорит. Уточняю вопрос у офицера связи, получив в ответ кивок.
– Детей не будить, – решаю я, вздохнув от этого, но тут вариантов нет. – Перевести в наши капсулы – и на «Юпитер», пусть спят там до госпиталя. Руки-ноги восстановим, тогда можно будет…
– Мудро, – комментирует разум звездолета. – Выполняю.
Витя кивает – так действительно правильно. Потому как два десятка сирот, да еще без конечностей, пережившие голод и наверняка издевательства… Им нужны родители, тепло, а я не папа, вряд ли сумею всех сразу отогреть, учитывая, что восстановить конечности здесь мы не сможем.
– Интересно, откуда они изначально… – вздыхаю, не надеясь на ответ.
– Судя по генофонду – потомки сирот, отправленных на новую планету, – отвечает мне «Марс».
Я задумываюсь на мгновение, затем поняв, что он имеет в виду: детский дом погрузили в корабль и отправили. Но где тогда девочки? Я помню, конечно, что Отверженным очень нравилось именно девочек мучить, унижать, запугивать, но вот где их искать…
– Идем к вычисленной точке, – сообщает мне Витя, заставляя кивнуть.
Это очень правильно – идти к той точке, откуда отправлялся корабль, хоть и неизвестно, сколько лет назад. Но это совершенно точно наш «Пирогов», захваченный и переоборудованный в холодильник. Все технические службы это уже подтвердили, так что надо искать. Вполне возможно, мы никого не найдем, если именно девочек мучили так же, как Настю с девчонками. Но это мы еще узнаем…
– «Пирогов» поставлен на самоуничтожение, начинаем скольжение, – сообщает мне Виктор.
Ему сильно не нравится ситуация, да и то верно – кому она может понравиться? Я тем временем поглядываю на малый экран – там котята наши да сынок мой с зазнобой. Я ему доверяю, даже очень, но подстраховать необходимо.
Все хорошо у Васи, и справляется он отлично. Надо же, его с Ладой за Старших приняли… Помню, каким жутким это открытие было – от малышей отказались те, кто заботиться о них был просто-напросто обязан. Дикими «эльфы» оказались, даже очень.
– Вот что странно, Витя, – отвлекаю я командира от процесса ничегонеделания, ибо нечего ему делать, пока мы в субпространстве. – Враг мяса не ел, насколько мы установили. Полностью искусственное создание же было. Тогда кому?
– Мать! – экспрессивно произносит Виктор, сразу же поняв, что я имею в виду. – Заказчика искать надо, да?
– Да… – вздыхаю я. – И что-то мне подсказывает, что, найдя заказчика, обнаружим и девочек.
– Ты считаешь… – глаза его становятся очень удивленными, а вот потом командир «Марса» просто оскаливается – он начинает понимать.
Мне же нужно объяснить понятое нами друзьям, но я решаю погодить: сначала надо точно все установить, и лишь потом делать выводы, но мысли у меня не самые лучшие, конечно. А у Витьки явно еще и не самые мирные.
– Выход, – предупреждает нас «Марс», и сразу же за этим: – Боевая тревога!