— Профессор! — крикнул Вася, — посмотрите в окно!
Плейшнер в растерянности обернулся. Он удивленно смотрел на них и улыбался.
— Не понимает, — в отчаянии сказал Вася. — Он же немец. Сейчас он туда войдет, и все пропало! Кто знает, как «окно» по-немецки?
— Professor! — крикнула Настя. — Sehen Sie das Fenster! Blume!
Кажется, с грамматикой что-то было не так, но профессор все понял. Он побледнел, резко поднял голову и, ударив себя по лбу, побежал вперед по улице. Вот он уже скрылся за поворотом, а два человека выглядывали из окна с цветком в полном недоумении.
Теперь Плейшнер в безопасности. Он не совершит роковой ошибки, не поднимется по лестнице и не войдет в эту квартиру, где поджидают его злодеи. А значит, все у него будет хорошо. Кончится война, и он будет спокойно доживать свой век в уютном домишке где-нибудь под Берлином.
— А вот теперь жмем на следующий, — удовлетворенно проговорил Вася.
— Скорее переключай! — отфыркиваясь, сказал Леша. — Я не очень хорошо плаваю.
Они барахтались в море — где-то очень далеко от берега. Волны с белыми барашками весело катились куда-то к горизонту — красота, конечно… но что правда, то правда: никакого смысла здесь задерживаться не было. Тем более, что Лешка действительно плавал не очень хорошо — а точнее, чуть лучше топора: вместо того, чтобы лечь на воду и позволить ей себя держать, он суетливо дергал всеми конечностями и захлебывался. Ну что же, не беда: сейчас Вася нажмет кнопочку, и все будет в порядке.
— Караул! — закричал Вася. — Пульт намок! Я жму, а он не срабатывает.
Настя от ужаса забыла, где находится, и всплеснула руками — голова тут же ушла под воду.
— Кхе! Кха! Кху! Ты что такое говоришь? Нажми еще раз!
— Не помогает!!! Туда вода залилась!
Настя выхватила у него пульт и стала трясти его, надеясь, что вода выльется. Это было, конечно, глупо — но что еще она могла сделать?
— Ребята, — донесся до них задыхающийся Лешкин крик, — там акула!
— Врешь!
Но Лешка не врал: в нескольких метрах от них над поверхностью моря появился черный плавник.
— Мамочки!
Вася в панике стал жать на все кнопки подряд… но ничего не помогало. Акула приближалась к ним. Расширенными от ужаса глазами смотрели они, как стремительно движется плавник, будто взрезая поверхность моря. Все ближе, ближе… И вот уже под водой видно все ее стальное, гибкое тело, чернеющие жабры, безжалостные маленькие глаза…
— Уф, — сказал Лешка, выплевывая соленую морскую воду. — Слава человеку, придумавшему рекламу. Еще чуть-чуть — и я бы пожалел, что вовремя не отдал концы от укуса гадюки. Куда приятнее, чем угодить в пасть к белой акуле.
Настя согнулась пополам и неожиданно для самой себя захохотала. У нее аж в животе болело, но она не могла остановиться.
— А какая у нее морда была, а? — в восторге восклицал Вася. — А зубищи? Вы видели, видели? Настоящий монстр!
Они с Настей не могли успокоиться: то смеялись, то охали, то хватались за голову.
— Стоп, — резко прервал их Лешка. — А что у нас с пультом?
Вася осекся на полуслове. А ведь брат-то прав! Пульт по-прежнему не действует! Да что же это делается? Ведь через пару минут они снова окажутся лицом к лицу с акулой!
— Ой, я боюсь, — похолодев, прошептала Настя. — Что же нам делать?
— Отвертка! Мне нужна отвертка! — в панике проговорил Вася. — Где ее здесь взять?
— Может, нож подойдет? — предложил Леша.
— Не знаю, давай, я попробую.
Вася схватил перочинный ножик и дрожащими руками стал отвинчивать крышку пульта. Как назло, металл скользил по пластику, к тому же в комнате было довольно темно. Дело продвигалось медленно…
Настя не дышала… в ушах у нее стучало, сердце билось как сумасшедшее. Мир сузился до маленькой картинки: она видела только Васины пальцы, которые неумело пытались справиться с маленькой серой штуковиной. Наконец, крошечный саморез отлетел в сторону, и крышка открылась.
— Нужно что-нибудь сухое, чтобы убрать воду, — растерянно пробормотал Вася. — Вот только где его взять, это сухое?
И правда, ребята были мокрые насквозь.
— Возьмите, у меня есть платок, — послышался голос из другого угла комнаты.
Алинка! А они и не заметили… Интересно, давно она тут стоит?
Вася схватил протянутый ему платок и осторожно стал промакивать остатки воды внутри пульта. Потом подул.
— Ну все, теперь должен работать!
— А он точно будет? Ты его хорошо починил?
— Хорошо, плохо — некогда рассуждать. Настя, давай шуруп!
— Ой!
— Что «ой»? Где шуруп? Ты что, так и стояла тут столбом все время?
А ведь и правда — видела, как он отскочил, а поискать даже в голову не пришло… она будто в ступоре была. Настя рухнула на четвереньки и стала суетливо ползать по комнате, пытаясь нащупать в темноте потерянный саморез.
— Да вот же он!
И что бы они делали без Алинки! Насте захотелось прямо расцеловать ее, но она — раз! — и исчезла.
— Скорее! — заторопил Вася, выхватил шуруп и ловко ввернул его на место.
Настя зажмурилась, боясь, что вот сейчас откроет глаза — а перед ней челюсти акулы… Вдруг Вася не успел нажать кнопку? Или пульт все-таки не сработал? Но тут она поняла, что стоит на твердой земле. Какое счастье!
