отлично знающее местность, й поэтому ей не о чем бес¬ покоиться. В ту самую минуту, когда это простое и успо- коительное решение мелькнуло у нее в голове, она отчет¬ ливо услышала за дверью чьи-то шаги. Затаив дыхание, больше от игры воображения, чем из страха перед воз¬ можной опасностью, девушка поспешно вернулась в ком¬ нату и прислушалась. Кто-то с величайшей осторожностью открыл дверь, и на какое-то мгновение Алиде почудилось, что сейчас она увидит перед собой грозного и жестокого флибустьера. — Северное сияние и свет луны! — проворчал олдер¬ мен ван Беверут, ибо это был не кто иной, как дядюшка Алиды, столь поздним и неожиданным визитом заставив¬ ший ее пережить несколько тревожных минут. — Ночные бдения плохо скажутся на твоей красоте, племянница; много ли выгодных женихов останется у тебя тогда? Яс¬ ный взор и розовые щечки — твой основной капитал, девочка моя; нет большей расточительности, чем ложить¬ ся спать позже десяти часов вечера... — Если следовать вашим советам, то большинство женщин не смогут пользоваться могуществом своей кра¬ соты, — ответила Алида, улыбаясь как собственным не¬ давним страхам, так и из чувства признательности к ста¬ рому ворчуну. — Мне говорили, что у европейских кра¬ савиц десять часов вечера самое время для проявления их волшебных чар. — Шабаш ведьм, а не волшебные чары! Они как хи¬ троумные янки, которые могут обвести вокруг пальца самого Люцифера, дай им только волю ставить свои усло¬ вия при торге. Вот и патрон желает впустить семью плу¬ тов янки в среду честных голландцев своего поместья. Мы только что решили спор по этому поводу посредством [честного испытания. — Надеюсь, дражайший дядюшка, вы спорили не на кулаках? — Мир и оливковая ветвь, нет! Патрону Киндерхука менее, чем кому-либо в Америке, грозит опасность испы¬ тать силу ударов Миндерта ван Беверута! Я «предложил мальчику удержать в руках угря, которого негры изло¬ вили в реке нам на завтрак, и тем самым доказать, что он сумеет справиться и с изворотливыми янки. Клянусь добродетелями святого Николая, сыну старого Хендрика ван Стаатса пришлось попотеть! Парень ухватил рыбуг 471
как твой старый дядюшка схватил голландский флорин, который, цо традиции, отец сунул мне в руку, когда мне исполнился месяц, желая проверить, перешла ли фамиль¬ ная бережливость в следующее поколение. Была минута, когда мне казалось, что я проиграл — у молодого Олоффа пальцы словно тиски, и я уж было подумал, что добрые фамилии Харманов, Корнелиев и Дирков, арендаторов в поместье патрона, будут замараны соседством янки, но в тот самый миг, когда патрон уже считал себя победите¬ лем, сжав водяную змею за глотку, она изловчилась и выскользнула у него из рук. Ловкость и увертки! В этом испытании много ума и мудрости! — А мне кажется, что, с тех пор как провидение со¬ брало все колонии под единое правление, все эти предрас¬ судки лучше позабыть! Мы — народ, вышедший из мно¬ гих наций, и наши усилия должны быть направлены на то, чтобы сохранить разумную терпимость, прощая всем отдельные слабости. — Смелые суждения для дочери гугенота! Но я сам не терплю людей с предрассудками. Я предпочитаю удач¬ ную торговлю и быстрый подсчет. Назови мне хоть одного человека во всей Новой Англии, который разбирался бы в бухгалтерских книгах быстрее меня, и, клянусь, я тут же вскину на спину ранец и снова сяду за парту. Чем лучше оберегает человек свои интересы, тем больше я люблю его. Простая честность учит нас тому, что между людьми должно существовать общее соглашение, которое порядочные люди не могут нарушать. — Не будет ли оно воспринято как ограничение чело¬ веческих возможностей? Ведь тогда тупица сможет со¬ перничать с сообразительным человеком. Боюсь, дядя, что на всех берегах, где появляются купцы, следует дер¬ жать угрей для испытаний. — Разговоры о предрассудках и тщеславии, дитя мое, действуют на твою сонную голову; тебе пора спать, а утром посмотрим, кто сумеет снискать твое благоволе¬ ние — молодой патрон или этот потомок Ионофана. За¬ дуй-ка эти яркие свечи и поставь у изголовья светильник поскромнее. Окна, освещенные в полночь, могут вызвать лишние разговоры в округе. — Наша репутация людей скромных может постра¬ дать разве лишь в глазах угрей, — рассмеялась Алида. -* Вряд ли кто-либо сочтет нас прожигателями жизни, 472