нет нужды говорить о них. Еще меньше намерены мы по¬ ощрять жажду к противозаконной наживе и вступать в какие-либо сделки, запрещенные законом. Мы лишь хо¬ тим на несколько минут встретиться со знаменитым фли¬ бустьером, если он действительно командует вашим суд¬ ном, и обсудить с ним одно дело, в котором мы все трое заинтересованы. Королевский офицер по долгу службы обязан задать вам вопросы, на которые вы вольны отве¬ тить, как вам захочется. И так как крейсер ее величе¬ ства находится на достаточно далеком расстоянии, то трудно предполагать, что вы поступите иначе. К тому же вряд ли господин офицер намерен предпринять какие- либо другие действия. Переговоры и вежливость! Капитан Ладлоу, мы должны проявить учтивость, иначе этот че¬ ловек оставит нас здесь и нам придется добираться до «Сладкой прохлады» вплавь, так ничего и не выяснив. Вспомните наше условие. Если вы не будете его выпол¬ нять, я отказываюсь продолжать переговоры. Ладлоу прикусил губу и умолк. Обладатель индий¬ ского шарфа, или, как его уже неоднократно называли, Том Румпель, вновь внимательно осмотрел окрестности, после чего шлюпка пристала кормой к берегу. — Садитесь, — предложил матрос капитану «Кокетки», который не стал дожидаться вторичного приглашения. — Садитесь, драгоценный заложник — верная гарантия пере¬ мирия. Бороздящий — не враг хорошего общества, и я воздал должное слуге королевы, пригласив его первым занять место согласно его положению и званию. — Послушайте, любезный, благодаря обману вы вре¬ менно можете считать себя победителем, но помните, что «Кокетка»... — ...вполне безобидное судно, которое я досконально изучил от трюмов и до верхушек мачт, — хладнокровно перебил Румпель. — Но давайте займемся делом, которое касается Бороздящего! Оставив свою дерзкую манеру поведения, моряк сразу стал серьезным и, повернувшись к своим людям, прика¬ зал им грести к бригантине. Овеянные таинственностью и легендами подвиги «Мор¬ ской волшебницы», отвага ее капитана были в те времена предметом восхищения, удивления и негодования. Люби¬ тели чудес с удовольствием слушали поразительные рас¬ сказы о приключениях бригантины; те же, кто неодно¬ 532
кратно терпел неудачу в попытках захватить дерзких кон¬ трабандистов, краснели при одном упоминании о ней; но все одинаково дивились сообразительности и мастерству, с каким капитан «Морской волшебницы» управлял судном. Поэтому неудивительно, что Ладлоу и ван Стаатс при¬ ближались к легкой и изящной бригантине с чувством любопытства, которое возрастало при каждом взмахе ве¬ сел. В те времена морская профессия была особенно на виду, и моряки отличались от остальной части человече¬ ства своими привычками и взглядами; естественно по¬ этому, что соразмерность и грациозность корпуса, исклю¬ чительная пропорциональность и изящество рангоута и такелажа вызвали в капитане Ладлоу чувство восхище¬ ния сродни тому, какое испытывает человек, признавая неоспоримое превосходство своего соперника. Украшения же благородного судна свидетельствовали о вкусе и вы¬ зывали не меньшее удивление, чем его формы и оснастка. Во все времена моряки любили снабжать свои плаву¬ чие дома украшениями, которые хотя и согласовывались с водной стихией, но в какой-то мере повторяли архитек¬ турные орнаменты, известные на суше. Набожность, суе¬ верия и народные обычаи накладывали свой отпечаток на эти орнаменты, которые и поныне еще сохранились в раз¬ личных странах мира и придают столь своеобразный облик их судам. На одном судне румпель руля вырезался в виде отвратительного чудовища; на другом — на кат- балках 1 виднелись выпученные глаза и высунутые язы¬ ки; форштевень2 третьего украшала фигура святого по¬ кровителя или всемилостивой девы Марии; четвертый был изукрашен аллегорическими эмблемами и государственны¬ ми гербами. Не все эти произведения моряцкого искусства можно было признать удачными; но постепенно понима¬ ние изящества избавляет от грубости даже эту отрасль человеческого трудолюбия и подымает ее до уровня, ко¬ торый не оскорбляет утонченные вкусы нашего времени. Бригантина, о которой мы рассказываем, хотя и была по¬ строена в те отдаленные времена, могла бы составить гордость судостроительного искусства нашего времени. 1 Кат-балки — толстые квадратные брусья, выдающиеся за борт в носовой части судна; служат для уборки якорей. 2 Форштевень — носовой вертикальный или несколько на¬ клонный брус, продолжающий киль вверх. 533