(Ускользну к Иисусу, ускользну домой, мне недолго осталось ждать. Мой Господь зовет меня, зовет громом. В моей душе раздаются звуки трубы, мне недолго осталось ждать. Зеленые деревья клонятся, грешник трепещет. В моей душе раздаются звуки трубы, мне недолго осталось ждать.)

Oh, tell me how did you feel when youCome out the wildernessCome out the wildernessCome out the wilderness.How did you feel when youCome out the wilderness,Oh, praise the Lord.Oh, did you feel like fighting when youCome out the wilderness…Oh, will you walk the line when you…Oh, will you go to jail when you…Oh, will you fight for freedom when you…

(О, скажи, что ты чувствовал, когда вышел из пустыни? О, слава Богу. Хотелось ли тебе сражаться, когда ты вышел из пустыни? Будешь ли ты подчиняться правилам, когда выйдешь из пустыни? Отправишься ли ты в тюрьму, когда выйдешь из пустыни? Будешь ли ты сражаться за свободу, когда выйдешь из пустыни?)

Библия на английском языке вновь стала книгой свободы.

Начавшейся 12 апреля 1861 года гражданской войне суждено было изменить ситуацию, и со временем изменения наступили, хотя многие полагают, что путь этот пройден еще не до конца. Четыре года спустя войска Конфедерации покинули Чарлстон, а армия Союза беспрепятственно вошла в город; впереди шел 55-й Массачусетский полк – полк чернокожих добровольцев: они распахивали невольничьи бараки и расписывали стены аболиционистскими лозунгами.

Гражданская война дала нам выражение hold the fort (держать оборону); on the grapevine (по слухам, подслушать) пришло из южных штатов, где телеграфные провода были протянуты на деревьях и так закручивались, что напоминали виноградную лозу. Был еще ничем не примечательный генерал армии Союза Эмброуз Эверетт Бернсайд, установивший моду на бакенбарды – сначала их называли burnsides, а со временем устоялось написание sideburns, и всего несколько десятилетий назад трудно было бы найти портрет модного юноши, не имевшего бакенбард.

После гражданской войны 4 млн рабов были освобождены и обрели полное гражданство и право голоса. Однако Юг не сдавался и ввел сегрегационные законы об ограничении прав негров – джимкроуизм. Сформированный после гражданской войны ку-клукс-клан взял свое название из греческого языка, где κύκλος означает круг, колесо. Они дали английскому языку слово бульдозер, изначально в написании bull-dose означавшее порцию, которой хватило бы быку. Речь шла о бичевании, часто смертельном, которым наказывали негров. Частью словарного запаса южан стало и слово uppity (спесивый, наглый), характеризующее негра, не знающего свое место. Прошло еще несколько поколений, прежде чем «черные» и «белые» слова начали свободно сочетаться, и немало лет прошло с начала XX века, прежде чем слова негритянского диалекта заняли свое место в словарях. Задолго до этого они наполнили улицы, клубы, речь молодежи и – через индустрию развлечений – широкий мир английского языка.

В 80-х и 90-х годах XIX века на Юге ввели раздельное обучение, и новые законы вынудили многих чернокожих граждан переселяться в промышленные города Севера.

На том можно было бы и завершить эту главу, если бы не первый американский литературный гений по имени Сэмюэль Ленгхорн Клеменс, взявший себе псевдонимом выражение, которое выкрикивали матросы на Миссисипи: Марк Твен – «Отметка два фута!» (до дна).

Перейти на страницу:

Похожие книги