Проснулся я утром в удивительно приятном состоянии. Было семь утра, обычно я просыпаюсь раньше, но и это было не поздно. Последнее время мне не требуется валяться по утрам. Поэтому заказал на кухне быстрый завтрак, ополоснулся и сделал лёгкую зарядку, повышая эффективность упражнений магией. Только я оделся, как услышал, что принесли завтрак. Уже ставшая стандартной процедура – в гостиной ждут повар и Руми. Съев несколько кусочков, благодарю повара и он уходит. Для разнообразия и смены сценария, сажаю Руми к себе на колени. Не понимая, чего от неё хотят, она ставит поднос на стол и ждёт продолжения. Я же просто делю завтрак пополам – кусочек мне, следующий кладу ей в рот. Она не завтракала и даже кажется не успела умыться, поэтому ест с удовольствием. Мне же надо обдумать мои действия на сегодня, поэтому ссаживаю её на соседнее кресло, даю ей в руки вилку и начинаю ходить по комнате с чашечкой кофе. Руми, как всякий потомственный слуга, хорошо выдрессирована и никогда не заговорит первой. К тому вложенная ей в руки вилка – это приказ Завтракать, который она выполняет с удовольствием. Но всё это общие рассуждения, вызванные тем, что вчера вечером Маэрим накормила меня сексом на двое суток вперёд, и хотя я с помощью магии и могу сейчас лечь с Руми в постель и покувыркаться, но мне этого не хочется. И хотя надо бы сделать что-нибудь подобное наперекор Маэрим, сегодня буду заниматься делами.
Первое – надо осмотреть квартиру старшего помощника и вернуть её в распоряжение кухонных работников. Руми уже позавтракала и я забираю её с собой на обыск квартиры – со стола уберут другие слуги. К участию в обыске привлекаю и повара и почти 40 минут тщательно обыскиваю квартиру. В какой-то момент вспоминаю про Мартина, бужу его мысленным сигналом и приказываю спуститься на кухню и позавтракать. Обыск не дал ничего для меня интересного. Было найдено несколько тайников, из которых повар выгреб деньги и дорогие столовые приборы. Горсть денег я забираю себе. Несколько красивых бокалов и чашек я приказал поставить в гостиной. Руми понравились пара серёжек и браслетик, и получив разрешение, она с удовольствием нацепила их на себя. Из комнат мы забрали довольно много холодного оружия, но кроме уже взятого мною Секатора, ничего интересного не было. Ещё раз осмотрев всю квартиру магическим взглядом и ничего не обнаружив, я разрешил повару переехать сюда, а свою квартиру разделить между помощниками. Закончив с обыск, я поднялся к себе. В шкафах была разнообразная одежда, пошитая на меня. Отобрав одежду и обувь, вооружившись и нацепив на плечо сумку с деньгами, я позвал Мартина. Мы поднялись в допросную, где снял с мерзавца все заклинания, кроме блокировки кишечника. Он рвался рассказать мне всё, что он знает, но ничего интересного у него не было. Поэтому мы повели его на площадь Наказаний, где умирал и никак не мог умереть бывший командир восточной башни. Ему Маэрим устроила эльфийскую казнь – он был привязан к гамаку, сплетённому из соответствующей лозы. Многочисленные шипы, впившиеся в его тело, выделяли невероятно жгучий сок. К тому же многочисленные побеги, врослись в тело и прорастали насквозь. А скорость роста у этой лозы была сравнима с бамбуком – до 8 сантиметров в час. Дав мерзавцу возможность полюбоваться на своего коллегу, я отвёл его к палачу, который уже имел распоряжение Маэрим. Его помощники прикрепили его к специальному креслу, палач одел на шею ему обруч и начал процедуру умерщвления. Смотреть на это было противно, но мною в своё время были для себя сформулированы несколько принципов. Один из них требовал полной уверенности в смерти врага и в том, что перед смертью он никому ничего не скажет. Поэтому мне пришлось почти час дожидаться пока он сдохнет и заставлять дожидаться Мартина. Хотя последний смотрел на происходящее с интересом, раньше он никогда не видел казнь гароттой.
