Йети не умели считать и измерять время, а потому неизвестно, сколько Вуфф ошивался вокруг человеческих поселений, пугая собак и их хозяев. Он чувствовал, что Они где-то здесь, хоть её запах и перебивали запахи остальных людей, к которым она ушла неизвестно зачем. Потом Они совсем пропала, и её запах не ощущался даже той едва заметной ноткой, которую чувствовал Вуфф среди несусветной вони, источаемой городом. Но юный йети не вернулся домой. Он, по-прежнему, чувствовал, что Они рядом, что она каким-то образом передвигается… внутри горы! И тогда он пошёл, ведомый этим чувством, и после долгого пути нашёл разбившийся дирижабль.
Это было очень странно. Маленький йети не знал, с чем столкнулся, но вокруг этих обломков витал дух беды, страха и отчаяния. И всё это было связано с Они. Кроме того, рядом ощущалось присутствие существа настолько огромного и сильного, что оно было во много раз сильнее Папы Йети, а до сих пор Вуфф считал, что сильнее Папы Йети никого в природе быть не может.
Кроме того, здесь был ещё кто-то, какой-то чужой, запах которого Вуфф уже чувствовал рядом с Они. Но этот чужой маленькому йети был не только не нужен, но и крайне неприятен, поэтому, когда Вуфф нашёл его на склоне горы, то просто выбросил за ненадобностью.
Несмотря на всё это, юный йети продолжал искать Они, переворачивая обломки дирижабля, пока не нашёл вот этих малышей! Малыши были чудесные и немножечко пахли, как Они. Вуфф вовсе не забыл про свою подружку, ведь йети вообще никогда и ничего не забывают. Но ей угодно было на этот раз совершенно исчезнуть, оставив вместо себя этих малышей.
Вуфф не задавался вопросом кто они такие. Малыши были маленькие, беспомощные, замёрзшие и голодные. А ещё, у них было по две руки и по две ноги, и они пахли, как Они. Этого всего оказалось достаточно, чтобы забрать их с собой, тем более что Вуфф сумел даже перекинуться с ними парой слов, и они его поняли. Они могла бы гордиться своим учеником!
Итак, маленький Вуфф был немедленно реабилитирован в глазах семьи, когда предъявил родителям Милли и Билли. Он даже получил награду в виде ласкового материнского шлепка и был, тут же засунут под мышку. Под другую поместили слабо брыкающихся Адских угонщиков.
Это было неоднозначное времяпрепровождение для полусатиров. С одной стороны они отогрелись, а потом неплохо отъелись, проявив к пище йети даже б
Мама Йети никогда не держала на руках таких беспокойных детёнышей! Они мешали ей дремать, будили Вуффа и ухитрялись переполошить даже Папу Йети, что было небезопасно. Нет, образцовый муж и отец никогда бы не поднял свою огромную длань на таких крошек, но в гневе он начинал страшно реветь, колотить себя кулаками в грудь, лупить ими по полу и яростно подпрыгивать, от чего всё кругом ходило ходуном, а сверху срывались камни. В такие минуты его боялись и жена, и сын, но только не странные найдёныши. Они, кажется, были абсолютно бесстрашны. При всём при этом, мелкая шпана проявляла такую прыть, что поймать этих двоих карапузов было взрослым йети не под силу.
Вот тут-то малыш йети проявил удивительную ловкость и талант воспитателя, чем возвысил себя в глазах родителей, и был признан ими почти взрослым! Это выражалось в том, что теперь он мог покидать материнские руки и возвращаться по своему усмотрению. Ему даже разрешалось чуть-чуть отходить от пещеры. Короче говоря, Вуфф наловчился ловить разбушевавшихся близнецов и утихомиривать их. Для первого он использовал свои длинные и уже очень сильные руки, а второе достигалось беседами, которые он вёл с беспокойной компанией.
Как ни странно, Адские угонщики что-то находили в этих разговорах, и никогда не отказывались поболтать с «лохматым брателло», как они называли юного йети. Вот и сейчас, укротив бойцовый порыв брата и сестры, Вуфф начал свою воспитательную работу.
– Д,аться нехо,ошо! П,охие ма,ыши! – заявил он, приблизив пойманных близнецов к своей добродушной физиономии.
– Ладно, ладно, лохматик, не будем! – пообещал Билли и заговорщически подмигнул сестре.
– Мы будем хорошими! – подхватила Милли и улыбнулась пополам – мило и дружелюбно половиной лица обращённой к Вуффу и, недвусмысленно оскалив зубы, брату.
Билли, расценив её мимику, как обещанное, но отложенное развлечение, остался, весьма доволен, и тоже улыбнулся, став похожим на кота, получившего доступ к сметане. Тем временем, наивный легковерный Вуфф усадил подопечных себе на колени, но на всякий случай окружил их кольцом мохнатых рук. Сейчас они сидели у входа в пещеру, и, пользуясь редким затишьем, любовались звёздным небом.
