Под сводами рифмы свободные ритмы поэзию с прозой, как фрезию с розой и лезвие с грёзой, сведут — и тут, без границы, родится под небом и стиль разговора, в котором и небыль — опора, и быль — что притвора, умора и суд.
В морге литературы кудесник песни, беспечный творец фактуры возлагает венец структуры на труп — и смурый наместник плесени вызывает восторги и оживает навечно для оргий, если не глуп.
Какая стезя у края нельзя: я — оживляю!
И поучаю других: живой — затих, неживой — в бой!
Срубите дуб — вредитель куп: властитель дум — угрюм и груб.
Возьмите труп, чуб — набекрень: вживите в пень — творите сень — гоните лень — спасите день!
Приключения Трупа — не лупа для зрения, не семя на продажу и даже не образцовая процедура захоронения химер.
Время покажет, что это — новая литература: поколениям — в пример.
Шедевр!
Однажды нищий просил у граждан на одежду.
Вопил, что — без сил и пищи с супом, а прежде был важным Трупом.
Предложили ему бахрому из утиля роб — отгрёб:
— Ни к чему!
А подарили гроб — под смех, на рынке — легендарный старожил благодарно пригласил всех на поминки:
— На днях умру, и не за страх, а подобру!
Раз пришли — отказ:
— Не до земли.
На другой день — не помер:
— На покой — лень.
На третий — и не вспомнил никто.
А окаянный на рассвете влез в деревянное пальто, и мальчишка-головорез заколотил что было сил крышку.
А второй вприпрыжку — за толпой.
К вечеру беспечный народ подвалил на исход.
Оценил обстановку — похвалил уловку:
— Стол — гол, а в гроб — хлоп!
— Усоп под сурдинку, чтоб — на дармовщинку!
Но на погост не уносили находки:
— Что за тост на могиле без водки?
— И на яму нету ни грамма монеты!
Снабдили мальчишку мелочишкой и преподали урок — послали в ларёк: для морали соорудили кой-какой запой.
Поговорили о шалунишке:
— Жлоб скупой!
— Слишком!
И — открыли крышку.
А гроб — пустой.
Вот был смех глуп!
Для тех чудил и живет Труп.
Оттого и будущие люди: и служащие под крышей, и орудующие напоказ пером, не раз и засудят его, и опишут с добром.
И труд писак и суд перетрут бумаг — пуд.
А шквал трудов — ВАЛ ПУДОВ.
Наши предки, как показывают раскопки, не сразу распознавали мёртвого. После смерти за покойником ухаживали, как за живым: его укрывали от холода, сажали за стол, носили на охоту и укладывали в постель. Затем, понимая, что он не оживет, но не желая расставаться, мертвеца устраивали поудобнее в общем или отдельном жилище. Наконец, дурной запах и болезни принудили живых избавляться от покойников: их стали съедать, выставлять на прокорм птицам и зверям и, наоборот, прятать под землей и водой, в пещерах, под камнями, ветками и листьями, а также рассекать на части, сжигать и разбрасывать кости и пепел. Привязанность к умершим побуждала и сохранять останки вблизи, в безопасных для живых местах: в ящиках, урнах, склепах, могилах.
Автор «Приключений Трупа», похоже, открыл еще один, принципиально новый, тип отношения к покойнику. Он увидел в нашей жизни первые признаки полезного применения мертвых.
В книге много ситуаций, когда живому выгодно использовать мертвеца. И это — самые будничные обстоятельства: покойник помогает ученым, производственникам, торговцам, солдатам — и, наконец, сам заменяет живых.
В «Приключениях Трупа» мертвец и государством правит, и в космос летает, и любви не чужд. Да еще как не чужд! Он — и возлюбленный, и жертва изнасилования, и новобрачный, и изменник супружескому долгу!
Выдумка автора восхитительна. Но он отталкивается от реальных происшествий. И, возможно, не успеет эта книга истрепаться в руках читателей, а фантазии ее автора оживут — деньги, к примеру, не пахнут!
И не надо винить прорицателя, если его черные предсказания сбудутся. Наоборот, нужно поблагодарить его, если он еще жив, за урок и принять меры. Иначе мы рискуем наяву лицезреть конкурсы красоты трупов.
В этой книге можно увидеть сатирическую энциклопедию народной жизни. Меткими мазками обрисовал автор самые разные стороны действительности.
Но не менее интересны загадки, которые оставил автор будущему. Присмотримся к ним внимательнее.
Герой романа с детских лет так боялся умереть, что вся его жизнь прошла в попытках преодолеть страх смерти и в заботах о судьбе своего мертвого тела.
Мальчишкой Труп мечтал найти «живую воду», целебный отвар, волшебный эликсир, палочку-выручалочку для людского племени и машину времени, доставляющую желающих на чужбину — «в вечный эфир и бесконечный мир».
Повзрослев, он ищет опору в науке: рисует спасительный для человечества знак, открывает «частицу, которая бродяжит, как скорая колесница, от живого к мертвому и от мертвого к живому», создает долгоживущее существо («на века зачал зверька»), пишет учебник о том, как «из хворобы поднять молодца, а из гроба — мертвеца», и конструирует «универсальные скорые ноги», несущие живое к вечности.
