– Ты не ответила на мой вопрос! – требовательно заявил он.
– Ты ведь на мои не отвечаешь, – спокойно заметила я.
– Диз, Джоанна права, – Хантер сложил руки на груди, отчего рисунок на коже татуированной руки словно зашевелился, казалось, колючая проволока стала живой.
– Ты ведь хочешь знать правду, не так ли? – он обратился ко мне.
– Разумеется, – кивнула я.
– До прилива у нас есть около пяти часов, – Хантер взглянул на наручные часы. – Мы можем пройти в здание командования и спокойно, без свидетелей, переговорить в моем кабинете.
– Ди…
– Предложение принято, – быстро вставила я, не давая Мэлвину договорить.
– Тогда прошу, – главнокомандующий сделал знак следовать за ним.
Молодой парень и девушка в форме служителей закона переговаривались, сверяясь с записями в блокнотах. Проходя мимо дознавателей, я ловила обрывки фраз.
– Говорят, это снова «Ястребы»…
– Зачем они это делают?..
– Хорошо, что никто не погиб…
– А что означала надпись на стене «Внемлите»?
– Да кто знает, что у этих фанатиков на уме…
Внутри стало разливаться беспокойство. Элкай связан с повстанцами, которые терроризируют элиту Горла? Но зачем им это? И судя по всему, Хантер в курсе происходящего, как и Мэлвин.
А на улице, несмотря на поздний час, вовсю кипела жизнь. Каждый занимался своим делом или направлялся туда, куда было надо. Неоновые вывески и огни ночного города окунули меня в состояние дежавю…
Если бы не еле заметный запах сырости, то можно было подумать, что попал в прошлое. Помню, как с Томасом ездили в Нью-Йорк на часть медового месяца. Мегаполис не спал даже ночью, а на улицах было так же светло, как и днем.
Если бы не эта проклятая маска безразличия, которую пришлось нацепить сразу после нападения, то я бы грустно улыбнулась, ударяясь в меланхолию. У меня остались лишь воспоминания о человеке, которого искренне любила. Воспроизводя их в голове, я погружалась в мир, в котором он еще жив. Мы вместе, а впереди целая жизнь.
Опасно и опрометчиво, ведь с каждым разом выныривать в суровую реальность все сложнее. Пучина нереализованных желаний и несбывшихся надежд, которые останутся таковыми до конца дней.
Рука Мэлвина едва коснулась моей, а я перевела взгляд на друга. Он одним выражением лица мог спросить, все ли у меня в порядке. Получив короткий кивок в ответ, Мэл продолжил идти и тихо переговариваться с Хантером, а я вернулась в прежнее состояние задумчивости. К их разговору не прислушивалась, ничего особо важного не было: они обсуждали защиту стен, работоспособность капсул, которые все чаще выходили из строя, отчего гибли люди.
– Ну вот мы и пришли, – объявил Хантер, останавливаясь у двухэтажного здания кроваво-коричневого цвета. Окна выглядели обыкновенными, но теперь я могла увидеть в стыках наличие герметика и силиконовых прокладок. Значит, и штаб тоже защищен.
– А сколько зданий в городе способны выдержать натиск воды? – спросила я, входя следом за главнокомандующим.
– Практически все. Но многие, в которых люди еще не проживают и не работают, остаются незащищенными. Регулярно группы солдат и инженеров отправляются на работы по исправлению данного упущения, – пояснил Хантер, когда мы миновали турникет и лестницу на второй этаж.
После подъема по ступенькам прошли несколько кабинетов, пока не остановились у самого просторного.
– Проходите, я сейчас вернусь, – распорядился он, открывая дверь перед нами.
– Дамы вперед, – шутливо произнес Мэл.
Выдав что-то наподобие кривой улыбки, зашла в кабинет и огляделась. И, честно говоря, была удивлена, потому что ожидала кожаные диваны с персидскими коврами, но это помещение ничем не отличалось от других, только было на один стол и комплект стульев больше. Стены выкрашены в бежевый цвет, а на полу такое же покрытие, как и везде. Только над рабочим местом главнокомандующего висели награды. Я подошла ближе и стала их разглядывать, пока Мэлвин устраивался на одном из стульев.
«За доблесть», «За отвагу», «За проявленный героизм»…
Столько наград за службу в горячих точках получал и Томас. Они со мной, как и некоторые его вещи. Помню, как он ворчал, что я их с собой потащила – еще бы! Они ж такие тяжелые! Но я не хотела оставлять награды потенциальным мародерам.
– Джо, – неожиданно рядом оказался Мэл.
– Да? – я развернулась, чуть не задев его подбородок носом.
– Тебе не понравится, что я скажу и сделаю, но прошу подождать до самого конца, – уверенно начал он.
Я медленно кивнула, не скрывая недоумение, отразившееся во взгляде.
– Я обещал не давить на тебя и не пытаться ухаживать, но находиться рядом, не испытывая при этом влечение, невозможно, Джо. Не пойми меня неправильно, я ни к чему тебя не склоняю, но прошу дать шанс. Давай, хотя бы попытаемся?
Не успела ничего ему ответить по этому поводу, как горячие мягкие губы коснулись моих, задерживаясь на несколько мгновений. Он не стал продолжать, а потихоньку отстранился, заставляя испытывать неприятный коктейль из вспыхнувшего тепла, замешательства и отвращения.
К самой себе.
