Приливы Темного кристалла полностью

Неожиданно они оказались внутри пещеры, которая была настолько большой, что в ней свободно уместились бы несколько десятков гельфлингов. Потолок волнился красными и золотистыми выступами, а внизу, под ногами, Амри услышал журчание воды и наклонился, чтобы потрогать ее. Со всех сторон их окружал толстый слой породы, а у Амри в ушах все еще звенело от грохота грома, который по-прежнему завывал в долине. Амри содрогнулся, представив себе разрушения в Благоключе.

– Чем они там занимаются? – вскрикнул он. – Я их видел – дусаны просто… просто сидели вокруг озера! Покуда шторм разрушал Благоключ! Почему?

– Потому что такова их традиция.

Перисс выругался, пошарил в темноте и ударил ножом по камню, оживив огонь в факеле. Теперь Найя, Кайлан и Оника смогли увидеть то, что уже видел Амри.

На стенах были вырезаны и выгравированы изображения размером с гельфлинга. Там были нарисованы татуированные, бритоголовые гельфлинги с благовониями в руках и в группах по трое. Они стояли перед прекрасным зрелым деревом с узловатыми корнями, которое было окружено водоемом. Облиственные ветви дерева раскинулись широко и высоко – намного выше роста гельфлинга. Над его пологом было зубцеватое изображение молний и штормов, а у основания дерева сидело существо с длинной спиной и тяжелым хвостом, четырьмя большими руками и гривой, заплетенной косичками и перевязанной узлами.

– Мистик, – изумилась Найя. – Это и есть древний мудрец?

Кайлан подошел к рисунку, и Перисс ему не препятствовал, но удерживал нож в руке, покуда сказитель песен водил по изображениям пальцами.

– Это дерево, защищающее дусанов и Благоключ от штормов. Где же оно? Судя по рисунку, оно должно находиться в центре озера…

Перисс скривился.

– Когда-то оно там было. В песнях сказано, что оно было настолько высоким, что его можно было увидеть из любого места в пустыне, чтобы дусаны знали, как вернуться в оазис. Однако много трайнов назад оно стало вырождаться. Озеро, раньше заполнявшее всю долину, уменьшалось. Когда я был маленьким, от дерева оставался лишь высушенный старый ствол. Я помню день, когда он упал… от легкого порыва летнего ветерка.

Амри подумал, что впервые увидел настоящего Перисса, который скрывался под фальшивыми репликами и воровством.

– То есть дерево… погибло? – спросила он.

– Нет! – в голосе Перисса прозвенела уверенность. – Оно не погибло. И все же модра Ситхи и носильщики благовоний собирают остатки его ветвей и жгут в знак вечного погребения.

– Я так и думала, что с озером происходит что-то странное, – сказала Найя. – Вода очень насыщенная. Ты считаешь, что корень дерева выжил?

– Я это знаю. В противном случае озеро высохло бы. Дерево – источник воды, а не наоборот.

– И твоя модра не поверила тебе? – спросил Кайлан.

Перисс пнул камень.

– Первым делом я пошел к модре Ситхи. Она велела не думать об этом. Сказала, что, держась за прошлое, я лишь привязываю себя к образу прошлого. И, представьте себе, дала мне часть дерева для сжигания. Предложила устроить погребальный костер дереву, которое еще живо! Этому ритуалу сотни трайнов назад научил мудрец. Но она не хочет понимать, что со временем и с учетом обстоятельств ритуалы должны меняться.

Найя скрестила руки, не проявляя никакого интереса к рисункам.

– И после этого ты разозлился и сбежал. Отправился по миру в поисках решения и нашел нас?

Перисс убрал нож, сообразив, что он ему больше не понадобится. Отодвинув фирку Кайлана, он открыл поясную сумку и достал из нее знакомый розовый лепесток.

– Поймал на ветру. Я видел ваше послание и понял, что оно связано с деревом Благоключа. Я направлялся к Аль-Модре за помощью… Но в Сера-На я увидел вас и узнал сказителя песен, обладающего силой оставлять снооттиски на лепестках древнего дерева и таким способом рассылать весть… И тебя, Найя, которая исцелила Древо-Колыбель в Темном лесу.

Перисс снял фирку с пояса и бросил ее Кайлану. Оказавшись в руках своего мастера, костяная флейта с облегчением издала легкий резонирующий звук. Перисс резко махнул рукой – в отчаянии.

– Ну давай, оживи дерево Благоключа.

Кайлан поморщился и повесил фирку на шею, где она и была раньше.

– Найя, когда мы ходили к озеру, ты сказала, что что-то почувствовала. Как думаешь, дерево еще живо? – спросил он.

– Верно, я кое-что почувствовала, но даже если дерево живо… Одно дело исцелить Древо-Колыбель. И даже вплести сновидение в лепестки Священного дерева. Но это дерево много трайнов пробыло под водой…

– Умирая, – настойчиво вставил Перисс. – Под водой оно медленно умирало, пока дусаны это игнорировали. Вы должны его вылечить!

– Не знаю, сможем ли мы!

– Можно попробовать. – Оника стояла у выхода из пещеры и смотрела на долину. Разбушевавшийся шторм стал таким плотным, как ткань на одежде скексисов. – Иначе этот шторм все уничтожит: дусанов, кристалл-скиммеров, Благоключ. Даже если мы выживем, возможно, останемся заточенными в этой пещере.