— В такие моменты самой хочется взять и убить, — заявила рыжая. Её имени я тоже не припоминала. — Согласна, что людей жалко, но пожертвовать двумя охотниками ради какой-то человеческой дуры — бред.
— Так о том и речь, — не выдержав, встрял «ботаник». Будущий аналитик, как поняла, и, видимо, уже с доступом к секретной информации. — Нейсону следовало отдать девчонку, а он… Впрочем, чего ещё от Нейсона ждать?
Компания замолчала, а у меня голова закружилась. Я же не ослышалась, той ночью кто-то погиб? Причём из-за меня?
Земля качнулась, но я устояла, и остальные, к счастью, не заметили. Тему тоже сменили, по просьбе недовольного Крама. Хотя эта просьба скорее напоминала приказ.
Теперь говорили обо всём на свете, а я слушала, натянуто улыбалась и пыталась абстрагироваться от прозвучавшей несколько минут назад истории. Словно это не обо мне, будто не со мной, и «человеческая дура», которую бросился спасать Нейсон, не я.
Невзирая на выпитый алкоголь и запрет на мысли о событиях трёхлетней давности, заснула я лишь под утро. Поспала часа два, а потом вскочила по будильнику и, подобная несвежему зомби, отправилась в душ.
Я нарочно встала раньше — требовалось время, чтобы вымыть голову и подобрать одежду, ведь первый день в новом коллективе самый трудный. Особенно с учётом того, что поддержки не будет, на «общих дисциплинах» никого из «привилегированной касты» нет.
Час отведённый на сборы пролетел незаметно, но когда раздался стук в дверь, я была готова. Открыла в уверенности, что на пороге стоит Крам, а вместо него обнаружила рыжую девчонку из вчерашней спонтанной компании.
— Привет, — сказала та. — На завтрак идёшь?
Я следка растерялась, но кивнула.
— Если не помнишь, я — Феста, — представилась рыжая.
— Лирайн. — Я кивнула.
Девушка рассмеялась, словно намекая, что склерозом не болеет, а я слегка смутилась. Потом пихнула ноги в туфли, подхватила практически пустую сумку — там были лишь тетради, ведь за учебниками мы с Крамом вчера не зашли, — а выйдя из комнаты, машинально заперла дверь.
Через миг услышала:
— Это лишнее, у нас воров нет и двери запирать не принято. К тому же, если так, то в комнату не попадёт прислуга.
— Кто? — изумилась я.
Известие о наличии прислуги искренне удивило, и я даже поинтересовалась — это только у нас или у всех студентов? Оказалось, «простым смертным» привилегия недоступна. А касательно личных ценностей…
— Там же сейф есть, — кивнув на запертую дверь, сказала Феста.
Сейф? Серьёзно? Нужно поискать.
На этом тема была закрыта, а мы с рыжей направились к лифтам.
Феста несколько раз нажала на кнопку вызова, и лишь с пятой попытки эта самая кнопка зажглась. Я глянула вопросительно, а девушка пояснила:
— Глючит периодически.
Это был новый повод для удивления — в таком крутом комплексе что-то глючит? Быть не может.
Пока ждали, к лифтам подтянулось ещё человек пять, так что ехали в компании. На меня косились, я косилась в ответ и очень надеялась, что никакого разговора Феста не заведёт. В смысле, не сейчас.
Рыженькая и впрямь молчала, лишь когда добрались до столовой задала пару дежурных вопросов из серии «как спалось на новом месте»? Я ответила столь же дежурно, но другого собеседница и не ждала.
Когда наполнили подносы и предъявили на кассе студенческие карточки, Феста повела в уже знакомую «закрытую зону». Свободные столики имелись, но рыженькая кивнула на тот, где сидели три девчонки. Одну из них я опознала сразу и невольно улыбнулась. Иста. Тогда, при первой встрече, мне всё-таки не померещилось что она необычная — не простой человек.
Девчонки встретили благожелательно, и я даже начала проникаться оптимизмом. Да, новый коллектив — это всегда сложно, но что если я зря парюсь и всё будет хорошо?
Крам в столовой тоже нашелся — он кивнул мне, махнул рукой и сразу переключился на разговор с парнем, который сидел рядом с ним, за его столиком.
Мой взгляд задержался на Краме дольше, чем следовало, и…
— О-о… — протянула одна из девушек. Хрупкая, с выразительными зелёными глазами. — Даже не думай!
А другая — пухленькая, с толстой белой косой и ямочками на щеках, добавила:
— Если ты собралась запасть на Крама, то готовь скотч и степлер.
— Это еще зачем? — поинтересовалась я.
— Чтобы склеивать разбитое сердце.
Даже так?
Учитывая все обстоятельства, тема романтических отношений не интересовала совершенно. Однако любопытство пересилило, и я спросила:
— Всё так плохо?
— Да за ним целый шлейф! — хмыкнула зеленоглазая. — Целая дорога из разбитых сердец.
Я взглянула на Крама ещё раз и услышала уже от Исты:
— Он очень красиво ухаживает. Если захочет.
— Ясно, — пробормотала, улыбнувшись. Но мне-то какая разница?
— Ты зря не веришь, — встряла пухленькая.
— Верю, — сказала искренне. — Просто все эти любовные истории не для меня. В этих вопросах я — пас.
Девушки глянули с недоумением, но вопросов задавать не стали. Я же приступила к завтраку — ела и старалась не замечать, с каким вниманием Иста, Феста и остальные косятся мою одежду и весь внешний вид.
