— Вы так и не ответили, — припомнила начало беседы. — Что за вероятный случай такой, что для него требуется столь масштабная трата энергии?
Впрочем, мне-то на руку. Чем ковен магов крови слабее — тем выше мои шансы справиться со своей задачей и вернуться домой с огненным цветиком. Но всё же… интересно ведь! Да и занять себя чем-то надо. И пусть на особые откровения от находящегося поблизости я не рассчитывала. Хоть что-нибудь скажет — выводы уже сама додумаю.
— Мои братья, — стало мне откровением.
Уставилась на эйна, не скрывая удивления.
— И зачем им будить Старых Богов?
Повелитель огненных пустынь одарил меня уже знакомым взглядом, точь-в-точь таким же, когда я пыталась изобразить полнейшее непонимание по части продолжения его потомства с моим участием, а он у меня в то время нижнюю рубашку отбирал. И на этот раз сомнения в моих умственных способностях читались гораздо отчётливее, нежели прежде.
— Я уже упоминал: для того, чтобы утихомирить пробуждённую тобою мощь похищенной ночи, необходим полный энергетический резерв не менее двенадцати подобных мне, — произнёс в явном укоре. — Помнишь, тогда, в пустыне, я отправлял послание? — задал вопрос, но ответа дожидаться не стал. — Завтра мои братья будут в К`Арине. И мы не очень ладим, — едва уловимо поморщился.
Наверное, будь на моём месте другая фаворитка, она бы устыдилась, как минимум того факта, что из-за неё столько хлопот образовалось. Но не я. Я ж ему альтернативу предлагала — сам решил поступить иначе. А значит, и во всём остальном тоже виноват сам. В общем, я ни разу не причём. К тому же, заинтересовало кое-что ещё. То и озвучила:
— У каждого из вас разные матери, да?
Кажется, примерно где-то здесь мне стоило бы лучше проявить тактичность. Однако сам маг крови тактичностью совсем не отличался, вот и я не стала обременять себя подобным. Заодно, может я ему надоем, и он отменит своё странное решение возиться со мной целыми днями напролёт.
— Да, — не стал отрицать эйн.
— И они… — начала, но договорить не успела.
— Мертвы. Все до одной, — нетерпеливо перебил мужчина. — Давно.
Судя по резкой интонации, затронутая тема пришлась явно не по нраву.
Что ж… Сам же хотел со мной время проводить. Вот, пусть мучается теперь на здоровье. Шалфей нам всем в помощь.
— Всё равно, нелепо бороться за престол методами, которые этот самый престол могут уничтожить, — вернулась к теме укрепления стен храма от внешнего проникновения.
А ещё вспомнила о том, что, исходя из личного опыта, некоторые личности и вовсе целый мир уничтожить готовы, лишь бы этот мир другим не достался. Стало совсем тоскливо. И моё замечание о престоле Аксартона Амитиас комментировать не стал. Лишь плечами пожал в безразличии.
Воцарилась пауза.
— Онталия. Моя мать, — нарушил возникшее молчание эйн, немного погодя. — Её отравила Люцианна — вторая фаворитка отца, за что он её казнил. Прилюдно, — пояснил следом. — Не все женщины рода Эльрилейрдских умирают из-за того, что дают жизнь новому эйну, — проговорил вкрадчиво. — Или что там тебе вчерашним утром напела обо мне Элене. Сама-то она, как видишь, живее всех живых, — дополнил многозначительно, в который раз одарив тяжёлым сканирующим взором.
Ох ты ж…
— Ну, а теперь твоя очередь развлекать меня, Фрейя, — добавил собеседник, теперь уже с насмешкой. — Рассказывай, — предложил вполне себе вежливо.
Ещё бы это ни звучало столь безоговорочным приказом, было бы вообще замечательно. И смотреть на меня с маниакальной придирчивостью он не перестал. А я… снова нервничать, между прочим, начала!
Вот чего ему рассказывать?
Так я и сознаюсь во всём, размечтался!
Как следствие последнего, сначала пришлось глубоко вдохнуть, выдохнуть, и уже потом… Сняла обувь. Аккуратненько поставила сапожки рядом со столиком, поднялась на ноги и, подобрав злосчастные многочисленные складки тяжеленого наряда, с самым благопристойным видом размеренным шагом направилась… погулять. Жаль, далеко уйти не удалось.
— Фрейя, — донеслось вслед с оттенком задумчивости.
Вынужденно обернулась.
— Что? — пожала плечами. — Это помогает снимать стресс.
Судя по тому, что задумчивости на лице мага крови нисколько не убавилось, объясняться мне стоило более развёрнуто. Он так и остался на прежнем месте, поочерёдно рассматривая то меня, то оставленную мною обувь.
Тяжело вздохнула.
— Давайте, попробуйте, — предложила встречно, махнув на его ботинки.
Теперь к задумчивости собеседника прибавилось ещё и откровенное сомнение — и опять в моих умственных способностях.
Повторно вздохнула. Теперь уже в обречённости.
— Кому с кем ещё возиться придётся, — проворчала, вернувшись в шатёр.
Дальше ничего объяснять не стала. Нагло стащила с мужчины обувь, схватила за руку и потянула за собой вдоль лужайки. Тот, вопреки обыкновению, лишь послушно следовал за мной, куда мне вздумается, и ни разу даже ни одного комментария по поводу моих действий не отпустил.
