– Прекрасно, – с улыбкой ответил он, усаживаясь. – В йоркской больнице сказали, что у меня было сотрясение мозга. Но я не помню, как его получил.
– Вы не много потеряли, – заметил мистер Хендерс, подмигнув друзьям.
– Вы что-то празднуете? – спросил мистер Дарви.
– Да, представьте себе: у Мэта в крови проявились гены времени! – ответила Клара.
Библиотекарь принял у миз Мэллоуз тарелку супа.
– Но он ведь маг. Что же тут удивительного?
Все растерянно переглянулись.
– Ведьмовский суп удался на славу! – похвалил мистер Дарви и, отложив ложку, задумчиво оглядел напряжённые лица друзей. – А между прочим, вы заметили, что об Остром Пальце в последнее время ничего не слышно? Всё как будто бы успокоилось…
– Вы очень кстати это сказали! – улыбнулся Питер Полькинс и поднял стакан. – Давайте выпьем за спокойные времена.
– За спокойные времена! – дружно подхватили все.
Узкая лестница круто уходила вниз. Близилась полночь, и призраки Эдинбурга уже готовились покинуть свои сырые могилы.
Потому-то он и пришёл.
Его ждала встреча с самым могущественным из них. С повелителем мёртвых, который с его помощью сможет получить власть ещё и над живыми.
Оступившись и чуть не упав в тупике Бэрри, Ориэль Баллантайн выругался. Правая нога не слушалась. Он ненавидел, когда что-то выходило у него из-под контроля.
Чтобы попасть в город духов, нужно было пройти сквозь низкие кованые ворота в каменной стене. Металлические створки гулко захлопнулись за вошедшим, нарушив ночную тишину.
Пахло смертью и разложением, веяло холодом – таким, от которого даже сейчас, в конце июня, всё тело промерзало до костей.
Хромая, мистер Баллантайн целеустремлённо пробирался через эдинбургские склепы[28]. Дорогу он знал хорошо. Многие наследники секунды – люди, вхожие в мир духов, – чувствовали себя здесь в своей стихии. Подземный город был полон призраков и мертвецов.
– Ты всё-таки пришёл, Ориэль, – сказал властитель преисподней.
В темноте слабо мерцали привидения, белели бескровные лица умерших. Через некоторое время глаза Ориэля различили что-то чёрное. В глубине склепа, на выступе стены, сидел сам Кронос – олицетворение смерти, человеческий скелет, сотканный из дыма.
– Да, я пришёл, повелитель. И не с пустыми руками. – Ориэль Баллантайн поставил на пол блестящую золотую чашу с семью красными рубинами. – Я принёс кубок, содержащий пророчества о судьбе Джейд Райдер. Полагаю, такие сведения могут быть полезны.
Со всех сторон послышался одобрительный шёпот.
– Скажи нам то, что тебе уже известно, – приказал Кронос, и гул тут же стих.
Властитель преисподней жестом велел бледной женщине, стоящей рядом с ним, взять чашу.
– Судя по всему, дочь Шарлотты и Эвана обладает тайным знанием. – Мертвецы насторожились. Мистер Баллантайн продолжил: – Девчонка уже возвратила в Тайм-Хаус две из трёх потерянных стрелок. Она убила моего единственного сына, а жизнь моего внука по-прежнему в опасности.
– Всё это я знаю и без тебя, – фыркнул Кронос. – Ты хотел предложить нам некий план?
– Да, повелитель. – Ориэль слегка поклонился. – И он таков. В следующем году в Академии часовщиков Джейд Райдер будет обучаться общению с духами. Для нас это возможность избавиться от неё. Нельзя допустить, чтобы она нашла и третью стрелку.
Кронос расхохотался, как будто услышал хорошую шутку. Некоторые из мертвецов тоже засмеялись.
– Молчать, жалкие тупицы! – прошипел властитель преисподней, и под сводами склепа мгновенно воцарилась тишина. – Я ценю твою преданность, Ориэль, и ты прав. Джейд Райдер переиграла нас дважды. Если она сделает это в третий раз, наш мир будет навечно отделён от мира людей. Но мы этого не допустим.
– У вас уже есть план? – спросил мистер Баллантайн, опершись о сырую стену.
– До сих пор я полагался на других. Теперь буду действовать сам.
Голос Кроноса был полон гнева. Его последние слова подхватило эхо, а чёрный дым, из которого он состоял, унёс мощный пронизывающий ветер.
В трёхстах милях[29] к югу от Эдинбурга «Вечно спящий» покачивался на волнах. Джейд и Мэт уже целый час сидели на палубе, подставив лица солёному бризу, и смотрели на звёзды. Сегодня, в ночь летнего солнцестояния, небо было ясным. В честь дня рождения своей любимицы Бетси испекла кекс с сухофруктами и украсила его семнадцатью свечами. Друзья съели по кусочку и теперь ждали прибытия в Халл.
Джейд давно предвкушала этот момент, считая дни, оставшиеся до летних каникул. Ей не терпелось вернуться в Йорк, в дом родителей: она чувствовала, что только там сможет найти ответы на свои вопросы.
– Счастливого солнцеворота! – доносилось из ресторана.
Мэт поднял рукав пуловера и посмотрел на часы.
– Полночь! Загадывай желание!
Именинница закрыла глаза. Вот уже несколько месяцев о Генри ничего не было слышно. Дед перевёз его в Эдинбург. Люси тоже отправилась домой.
– Не реви! – сказал Мэт, положив руки на плечи Джейд.
– Я и не реву! – ответила она, прислонившись к нему.
