Артем побледнел, как будто его таблицы Excel внезапно стали нечитаемыми.
— Вы… вы на стороне этой… — он показал на Марию.
— Я на стороне выживания, — Марк бросил договор на стол. — А вы, Артем, свободны.
Когда Артем вышел, хлопнув дверью, Мария прошептала:
— Вы только что уволили человека.
— Нет, — он поправил галстук. — Я освободил место для нового. Кстати, вы теперь глава рекламы. Временно.
— Временно?
— Пока не доведете меня до инфаркта.
Мария захлопала глазами, не понимая, это он правду сейчас сказал или попытался с ней пошутить.
— Драматичнее, чем в сериале, — Никита вытер лоб. — Теперь я ваш раб, Мария. Научите меня вашей магии.
— Шаг первый: купи леденцы. Шаг второй: перестань бояться Лики.
— А шаг третий?
— Принеси мне кофе. С зефирками.
В день релиза офис заполонили журналисты. Лика, в идеально скроенном костюме, пыталась увести съемочную группу к стенду с архивными выпусками, но Мария перехватила инициативу:
— Вот наша новая обложка! — она сорвала покрывало с макета. — Елена Петровна, учитель, мать, бабушка. Ее история — внутри.
— Это не слишком… просто? — спросил репортер, щелкая камерой.
— Правда всегда проста, — улыбнулась Мария. — В отличие от лжи, которой нужны тонны косметики.
За окном шел дождь, превращая московские улицы в акварель из бликов и теней. Мария, откинувшись на спинку стула, наблюдала, как мама выводит карандашом эскиз пирога с малиной. Её руки, еще дрожащие после болезни, двигались увереннее — будто линии на бумаге возвращали ему силы.
— «Сладкая революция»… Не слишком дерзко для пекарни? — она подняла глаза, в которых снова блестел озорной огонек.
— Мам, это ты придумала банкротство превратить в стартап, — Мария улыбнулась, поправляя шарф с принтом единорогов. — А малиновый пирог с перцем чили — это вообще манифест.
— Как и твои платья без размеров, — мать хмыкнула. — Знаешь, почему ты выстояла? — она отложила карандаш. — Ты — принцесса без горошинки. Тебе не нужны перины, чтобы доказать, кто ты.
— Потому что перины слишком мягкие для моей упрямой спины, — Мария заказала второй капучино, ловя взгляд официантки, которая украдкой разглядывала ее браслет с надписью «Not your size».
За окном мелькнул знакомый силуэт. Марк Борисович, в строгом пальто и с зонтом-тростью, замедлил шаг у витрины. Их взгляды встретились через стекло. Он кивнул, едва заметно. Мария ответила улыбкой.
Офис La Perle теперь напоминал арт-пространство: на стенах висели фото «неидеальных» героинь, а вместо глянцевых журналов на столах лежали эскизы новой коллекции Марии — «Naked Soul».
— Ты уверена, что хочешь отдать кабинет новичку? — Никита, теперь глава дизайна, вертел в руках фигурку енота из бумаги. — Мы могли бы устроить здесь музей твоих леденцов.
— Музей? — Мария засмеялась, складывая последние вещи в коробку. — Лучше сделайте комнату для медитаций. Чтобы Лика училась дышать, прежде чем говорить.
— О, она уже дышит. Правда, только после того, как ты сделала ее главным редактором.
— Это чтобы она тратила энергию на тексты, а не на мою спину.
Дверь открылась без стука. Марк Борисович, с папкой под мышкой, вошел и замер, осматривая пустые стены.
— Вы… очищаете территорию? — спросил он, будто в кабинете исчезла не мебель, а целая эпоха.
— Освобождаю место для новых безумств, — Мария подняла коробку. — Ваш совет, помнится: «Будь невидимкой». Не вышло.
— К счастью, — он положил на стол конверт с логотипом La Perle. — Для вашего нового проекта. Не открывайте сейчас.
— Бомба?
— Хуже. Признание.
Когда он вышел, Мария разорвала конверт. Внутри лежала фотография: Марк и она на презентации Naked Soul, стоящий в толпе, где его строгий костюм контрастировал с розовым свитером Марии.
В офисном кафе Мария столкнулась с Ликой, которая неловко крутила в руках чашку с капучино.
— Твой новый проект… — начала Лика, будто слова давились, — он… смелый.
— Спасибо. Это комплимент?
— Нет. Констатация факта, — Лика смягчила тон. — Но… письма читателей. Они… хорошие.
— Уверена, ты их редактировала. Убирала маты и добавляла эмодзи.
— Только маты, — уголок губ Лики дрогнул. — Эмодзи — это слишком для La Perle.
— Знаешь, почему я согласилась стать главредом? — Лика неожиданно продолжила. — Потому что Марк сказал: «Если не можешь остановить революцию — возглавь её». И… — она потянулась за леденцом, — я ненавижу проигрывать.
— Добро пожаловать в клуб, — Мария улыбнулась.
Вечером в кафе Мария ждала Марка. Он пришел в свитере.
— Вы выглядите… почти человечно, — она подняла бокал с гранатовым соком.
— Это комплимент? — он сел, отодвигая меню.
— Для вас — да.
Они говорили о новом проекте, о том, как La Perle стал медиа платформой для бодипозитива, но разговор все глубже уходил в прошлое.
Презентация новой коллекции для журнала проходила в бывшем цеху завода. Манекены всех размеров стояли под граффити с надписью «Красота не просит разрешения». Мария, в комбинезоне с алым шлейфом, вышла под аплодисменты.