Хотя теперь у Чани появилась некая миссия в городе, которая могла к чему-то привести, она все равно ненавидела переполненный и вонючий Арракин. Она не знала, все ли города Дюны так грязны и унылы, как этот; собственно, некоторые горожане говорили, что Карфаг еще хуже – более гнетущий, и вонь на улицах ощущается еще сильней.
Но Арракин – то место, где ей потребуется разрабатывать планы, заводить контакты и открывать двери для своих друзей. Город, где должен остановиться Император.
Услышав сообщение, которое принесла летучая мышь, Хоуро и его товарищи-партизаны прониклись дерзкой идеей – нанести внезапный удар по Шаддаму. Они строили планы, спорили и кричали.
Лайет-Кайнс, глубоко встревоженный этим обсуждением, строгим тоном пытался убедить их одуматься, но Хоуро, не обращая на него внимания, вывел своих друзей в отдельный грот, где они могли поговорить в узком кругу.
Чани в тот вечер посидела еще немного с отцом, слушая стук собственного сердца. Из бесед с Лайет-Кайнсом и Шадут Мейпс она сделала вывод, что убийством барона Харконнена или графа Фенринга вряд ли многого добьешься. Но в случае с Падишах-Императором ставки резко возрастали.
– У вас никогда этого не получится, дочь. – Лайет покачал головой. – У Императора Шаддама целая армия сардаукаров, которые его охраняют, и доступ в резиденцию будет закрыт. Это просто глупая пьяная бравада.
Чани нахмурилась:
– Я согласна, что брату пришло это в голову спьяну, но сама идея здравая. Когда он проспится, то от нее не откажется. Мы должны разработать план и все продумать до мелочей. Всем известно, что фримены способны на многое.
– Я очень надеюсь, что вы проявите здравый смысл – все вы! – Лайет выглядел смирившимся. – Не желаю больше обсуждать эту тему. Лайет-Чи скажет, что я говорю как имперская марионетка. – Он резко выдохнул. – Я не могу допустить, чтобы мой авторитет среди племен пошатнулся. Моя важная работа на благо планеты переживет и любого императора, и любого из нас.
Отец удалился в свой кабинет в ситче, чтобы погрузиться в планетологические дела. Глядя ему вслед, Чани прошептала:
– Мы должны хотя бы подумать об этом.
Как она и ожидала, ее сводный брат не отказался от этой идеи. На следующий день, хотя все страдали от тошноты и изжоги, Хоуро, Джемис, Адамос и остальные употребили меланж в виде порошка, чтобы прочистить мозги. Они вышли из ситча в тихое место среди пустынных скал, чтобы продолжить разговор.
Чани стало обидно, когда она поняла, что товарищи ее избегают. Раньше Хоуро никогда не имел от нее секретов, и когда до нее дошло, почему он поступает так сейчас, она все высказала ему прямо:
– Ты думаешь, что я встану на сторону отца! Раскрою ему твои планы и помешаю тебе! – Она уперла ладони в свои узкие бедра и смерила брата взглядом, прикидывая, сможет ли победить его в драке. Брат явно не ожидает от нее физической агрессии – она может просто повалить его на землю и заставить сдаться.
– Он имперец, – фыркнул Хоуро.
– А также фримен, рожденный среди нас и живущий среди нас. Как ты думаешь, с кем его сердце?
– Я знаю, что он принес присягу Императору. – Темные брови брата сошлись на переносице. – И он в достаточной степени фримен, чтобы серьезно относиться к подобным клятвам. Это неразумно с нашей стороны – давать ему возможность выведывать наши планы.
– Но зачем избегать меня? – не унималась Чани. – Я пригожусь вам, если у вашей безумной затеи есть хоть какой-то шанс на успех!
Остальные партизаны молча наблюдали за их спором. Брат окинул Чани снисходительным взглядом:
– И как ты можешь нам пригодиться? Тебе всего четырнадцать.
– Что-то в предыдущих рейдах мой возраст вас не волновал! И я была в Арракине! У меня есть знакомства в резиденции, где остановился Император. Я знаю планировку здания. – Хоуро смутился – он явно не думал об этом, и Чани продолжала: – Как ты собираешься подобраться к Шаддаму? Просто ворваться с бандой мальчишек-фрименов, с ног до головы покрытых пылью, и потребовать встречи с Императором?
Брат отвел взгляд, его лицо помрачнело:
– Ты права, сестра. Мне стоило лучше все обдумать. – Он приглашающе махнул рукой: – Присоединяйся и помоги нам разработать правильный план.
Вскоре стало понятно, что заговорщикам предстоит проделать большую работу, а не просто обрисовать эту почти невыполнимую задачу в общих чертах. Им придется вести разведку, делиться друг с другом информацией и корректировать свои действия «на лету». На все это требовалось время, но никто не знал, как долго Шаддам пробудет на Арракисе. Их группа собиралась подальше от ситча, чтобы не привлекать внимания и не вызывать подозрений. Чани заметила, что Лайет-Кайнс намеренно избегает молодых партизан, будто не хочет ничего знать.
